Интернет-конкурс, XXI сезон

Спят, спят мышата спят ежата
Медвежата, медвежата и pебята
Все, все уснули до pассвета
Лишь зеленая каpета
Лишь зеленая каpета
Мчится, мчится в вышине
В сеpебpистой тишине

Шесть коней pазгоpяченных
В шляпах алых и зеленых
Hад землей несутся вскачь
Hа запятках черный гpач
Hе угнаться за каpетой
Ведь весна в каpете этой
Ведь весна в каpете этой

Спите, спите, спите медвежата
И ежата, и ежата и pебята
В самый, в самый тихий pанний час
Звон подков pазбудит вас
Звон подков pазбудит вас
Только глянешь из окна
На двоpе стоит весна

Спят, спят мышата спят ежата
Медвежата, медвежата и pебята
Все, все уснули до pассвета
Лишь зеленая каpета
Лишь зеленая каpета
Лишь зеленая каpета
Лишь зеленая каpета

Вальс на минном поле.

1.
Раз-два-три-раз... влево-вправо
Шаг, поворот, пара кругов...
И от бесславия до славы
Триста всего шагов
И от бесславия до славы
Триста всего шагов

2.
Пять-шесть-семь-пять... по чёрным клеткам,
Белый фигурок цвет.
Вязью следов в снегу разметка,
Только по ней, след в след.
Вязью следов в снегу разметка,
Только по ней, след в след.

3.
Сто-сто один... крестики-нолики...
Шаг, поворот, завал...
А позади, с девчонкой в школе,
Первый осенний бал.
А позади с девочкой в школе
Первый осенний бал.

4.
Нечет и чёт... нет мыслей, боли,
Снежная круговерть...
Есть только вальс на минном поле,
Рядом - партнерша...
Есть только вальс на снежном поле...

1
Разделённая печаль
Уж не так печалит
Пригласи меня на чай
Вдруг печаль отчалит?

И чудно не величай
Двери отворивши
Как обычный день встречай
Чайник вскипятивши
2
Понапрасну не серчай
Не напрасно тоже
Не решай всё сгоряча
Я, представь, прохожий

Прохожу здесь невзначай
Ничего не чая
Пригласи меня на чай
Может полегчает
3
Может море твоих бед
Просто буря в чашке
Но сомненье - людоед
Не даёт поблажки

В это море мы войдём
Брызги, соль и пена
Может нам оно вдвоём
Будет по колено
4
Мниться нашему уму
Наше горе горше
Чем чужое. Плюс к тому
Длиться много дольше

Что другому не понять
Наших состояний
Ни достичь нас и не внять
В силу расстояний
5
Мы-то думаем всегда -
Бог нас видит сверху
Только мысли эти так
Курам на потеху

Бог нас видит изнутри
И никак иначе
Если плачем и скорбим
То он тоже плачет
6
Если хочется - грусти
И не нужно маски
И не верь, что бог простит
Это просто сказки

И на них уж вырос мох
Нужно освежаться!
Верь, что не способен бог
Дуться, обижаться.
7
Что ж, пойду. Пойду к другим
Не дождался чая…
Смотришь вдаль, моей руки
Вновь не замечая.

Но когда тебя печаль
Вдоволь напечалит
Пригласи меня на чай,
Может полегчает

На каком языке пишет дождь нескончаемый вечер,
Балерины зелёные в ветреном танце кружат?
Дай коснуться мне этой неведомой голосу речи,
Чтобы так же красиво звучала в потёмках душа.
Как ничтожно малы, предсказуемы в мелких порывах,
То не ветер, не дождь – суета выставляет нам счёт.
На каком языке входит в воду гигантская рыба,
А потом на каком языке сквозь пространство течёт?
Я хочу улыбнуться, забыться, влюбиться, воскреснуть,
Окунуться в живое и выйти сухой из воды.
На каком языке ищет бог в поднебесье невесту,
Чтобы память о рае сгустилась в отчётливый дым?
Дай мне время понять, осмотреться и вникнуть в пределы,
Их расширить и выйти туда, где язык ни при чём.
На каком языке? Ну давай предположим, на белом,
Ослепительно белом, как шёпот космических пчёл.

Андрей Ширяев

Я вернулся и умер. Оставшись вдовой,
ты опять научилась дышать под водой
и носить облегающий пеплум,
и лежать на спине, наблюдая со дна,
как по тонким ресницам стекает луна,
и становится пеплом.
И становится книгой, в которой о нас
нет почти ничего. Два портрета анфас
друг на друга глядят бестолково.
Я, случайно засушенный между страниц,
погружаюсь в абсурд, сочиняя для птиц
голубиное слово.
Но когда ты читаешь его голубям,
ты читаешь не книгу, а речь по губам,
понимая едва половину.
Молоко убегает из лунки в песке,
ты пугаешься тени моей в молоке
и ложишься на спину.
Прижимая зубами неловкую дрожь,
я смешно обещаю, что ты не умрёшь
никогда. В приозёрном зимовье
нас хватает ещё на короткий разбег,
на какао под вечер и утренний снег
на камнях в изголовье.

Ла-ла-ла, ла-ла. Ла-ла-ла-ла -ла-ла. Ла-ла-ла-ла. Ла-ла. Ла-ла.

Любви моей ты боялся зря -
Не так я страшно люблю.
Мне было достаточно видеть тебя,
Встречать улыбку твою.

Когда же ты уходил к другой,
Иль просто был неизвестно где,
Мне было довольно того, что твой
Плащ висел на гвозде.

Когда же, наш мимолётный гость,
Ты умчался, лучшей судьбы ища,
Мне было довольно того, что гвоздь
Остался после плаща.

Ла-ла-ла, ла-ла. Ла-ла-ла-ла -ла-ла. Ла-ла-ла-ла. Ла-ла. Ла-ла.

Теченье дней, шелестенье лет,
Туман, ветер и дождь.
А в доме события - страшнее лет:
Из стенки вынули гвоздь.

Туман, и ветер, и шум дождя,
Теченье дней, шелестенье лет.
Мне было довольно того, что от плаща
Остался маленький след.

Когда же и след от гвоздя исчез
Под кистью старого маляра,
Мне было довольно, что след
Гвоздя был виден вчера.

Ла-ла-ла, ла-ла. Ла-ла-ла-ла -ла-ла. Ла-ла-ла-ла. Ла-ла. Ла-ла.

Любви моей ты боялся зря.
Не так я страшно люблю.
Мне было достаточно видеть тебя,
Встречать улыбку твою.

И в тёплом ветре ловить опять
То скрипок плач, то литавров медь...
А что я с этого буду иметь,
Тебе того не понять.

Ла-ла-ла, ла-ла. Ла-ла-ла-ла -ла-ла. Ла-ла-ла-ла. Ла-ла. Ла-ла.

Мы – вечные странники смутных времён
Нам жизнь оставляет зарубки на сердце.
А душу тревожит один давний сон:
Должны мы найти ключ к потерянной дверце.
Вслепую бредём по бескрайней Земле
И ждём как погоды в неласковом море -
Когда растворится в сиреневой мгле
Бумажный кораблик по имени «Горе».

Зачем мы спешим эти тысячи лет?
Зачем суета заполняет нам души?
А, может быть, смысла во всём этом нет?
А, может быть, всё это просто не нужно?
Мы помним, как в детстве журчал ручеёк
И наша невинная детская шалость -
Пускать по теченью вдоль местных дорог
Листочек-кораблик по имени «Радость».

Мы снова спешим за волшебной мечтой -
Нам просто не так уж и много осталось.
Одну лишь Любовь позовём мы с собой -
Она одолеет и боль, и усталость.
Нам многое надо ещё совершить,
Преодолеем все наши напасти,
Ведь за поворотом уже к нам спешит
Красивый кораблик по имени «Счастье».