Анатолий Рыбин - Я обожаю

Добрый день Анатолий!
Решил высказаться по поводу вашей работы. Я уже говорил, что мне нравится ваше
стемление писать в джазовом направлении и в общем у вас получается это.
Понятно что запись не лучшего качества, но лично меня сильно напрягает линия баса.
Если вы делаете линию баса, то здесь неизбежно встает вопрос схемы движения и длительности нот.
Порой басовая нота явно в диссонансе к аккорду и к тому же длительность этих нот порой явно велика
и просто забивает звучание самого аккорда. Не знаю, может в лучшем качестве это звучало бы по другому, но сейчас
имеем то, что слышим. Я думаю, вы знаете что, в основе джаза (и не только его) правильное и верное по длительности нот
звучание партии баса, которое достигается в том числе и специальными приемами глушения баса.
На мой взгляд, ваша работа значительно бы выиграла , если бы вы серьезно обратили свое внимание на
партию баса и ее доработку в направлении более гармоничного ее развития и звучания.

C ув. А. Кудрявцев.

Анатолий, здравствуйте! Извините, только сейчас увидела ваш пост. Слушала конкурсные песни пока только выборочно, урывками... Сейчас "вне очереди" послушала вас. Обязательно напишу "женский" отзыв.

Итак, если с чисто женской точки зрения...

1. Странное словосочетание "легкие женщины". Вероятно, подразумевалась легкость в общении, легкость характера. А ассоциации возникают то ли с худенькими, небольшого веса дамами (пышки - тяжелые, кто пытался сравнивать, каково таскать на руках тех и других, знает, что легче), то ли, пардон, с женщинами легкого поведения.
2. Очи - лукавые, но при этом ни тени кокетства? Смысловая несостыковочка.
3. Может быть, автор (хорошо, пусть лирический герой, от имени которого песня) обожает именно таких женщин, но зачем же за всех-то так уверенно говорить, переводя "я обожаю" в "мы обожаем"?
4. "Что б ни было - на вид беспечны" - на похоронах тоже?
5. Создается впечатление, что лир. герой ищет в женщинах в первую очередь комфорта для себя, любимого. Женщина должна быть легкой - то есть ничем не напрягающей, чтоб вот легко с ней было и просто. (Само собой, внешняя привлекательность имеет значение, но спич не о том). Может, я что-то не так поняла и лир. герою нравятся обаятельные пофигистки? Хотя нет - "НА ВИД беспечны". Значит, они должны изображать беспечность (актерствовать, а если сказать прямо и грубо - лгать), чтобы мужчине рядом было хорошо?
6. Зачем валить в одну кучу внешнее и внутреннее? "Добры, изящны бесконечно". Кстати, "бесконечно" тут явно для рифмы и размера, смысла оно не добавляет... Впрочем, сейчас не хочу вдаваться в недочеты формы, а говорю преимущественно о содержании.
7. Вы рисуете образ женщины - беспечного мотылька. И вы уверены, что надо стремиться именно ей отдать ум и сердце? Совершенно непонятно, что у нее в душе. Разве что доброта. Прочие прелести, которые вы описываете, - не повод, имхо.

Анатолий, возможно, вы хотели сказать в песне что-то другое. Если это так, поясните, в чем мое восприятие отличается от вашего замысла.

Анатолий, я всего лишь писала о своем личном восприятии содержания.
Когда я принимаюсь за форму... У критики не женское лицо. )))

Одно небольшое пожелание, о котором я забыла в своем предыдущем посте:

В признаньи я не опрометчив,

Мне кажется, лучше "в признаньЯХ". Иначе не очень-то по-русски.

По поводу мелодии обращаться лучше не ко мне, я в музыке гораздо менее компетентна, чем в филологии. На мой абсолютно непросвещенный взгляд, попытка вполне удачная, почему бы и нет. Если честно, романсы, за очень редким исключением, я не люблю. Так-то мелодия с текстом гармонирует, другое дело - что текст не идеален, а для меня в песне первичны стихи.

...потому что Россия для Запада не европейская страна. Тургенев во Франции был принят потому что тусил с французскими писателями, а не потому что его книги нравились французскому читателю. Кроме Толстого с Достоевским, с помощью которых пытались объяснить"загадочную русскую душу", с 1917 года ставившую на уши европейские умы - никто им не интересен.
Кстати, в эпоху когда западноевропейская цивилизация скатывается во все более дерьмовое болото и распад - то скорее плюс, чем минус.

Мне сложно судить о качестве переводов Пушкина и Шевченко, я в аглицком ни бум-бум. )))
У нас Гёте, Гейне, Шекспира переводили настоящие поэты. В конечном итоге их-то мы и читаем. Вот хотя бы Лермонтов - "Горные вершины спят во тьме ночной..." Это как минимум не хуже оригинала.
Вряд ли я вам сказала что-то новое.
По поводу музыки. Ко мне этот посыл уже потому не относится, что я песен не пишу. Могу сказать только свое частное мнение. Песня на хорошие стихи имеет смысл в том случае, если что-то к ним добавляет, показывает вИдение автора музыки. А если нет - так и незачем. На мой непросвещенный взгляд, романс "Выхожу один я на дорогу" - заунывное упражнение академическом вокале, а большинство песен на стихи Есенина - унылое г... Цветаеву задолбали песняками, портящими ее стихи, - добавят карамельности и думают, что красяво до невозможности. Бррр. Есть хорошие песни на стихи Цветаевой, но наряду с ними - вот это самое оно.
Бродского тоже терзают почем зря. Николай Якимов - это класс, прочее (то, что доводилось слышать) - увы.
К полным авторам я отношусь снисходительнее. Если мне нравятся стихи, я прощу стандартную мелодию - лишь бы песня гармоничная получилась. Буду слушать песню с удовольствием. А слабый текст с кучей ляпов слушать не буду. Разве что посетую: было бы на незнакомом языке, тогда да. Для меня слабый текст - примерно как неприятный запах. Хотелось бы абстрагироваться, да не получается. Ни шикарный вокал, ни хорошая мелодия не спасают. Опять же, я могу с удовольствием слушать текст с очевидными для меня недочетами, если в нем есть интересные образы, если он чем-то лично меня цепляет.

согласный с Леной и я

Анатолий Рыбин: "... почему А.Пушкин и Т.Шевченко в дальнем зарубежье несравненно менее известны, чем в наших краях, скажем, И.Гёте и иже с ним..."

Попробую ответить. Несмотря на стародавние попытки так называемых русофилов "воткнуть западу пыжа" (А. Проханов) и внушить отечественному обывателю, что "русское, русскость - есть признак промысла божьего" (А. Куракин) все-таки следует отдавать себе отчет, что Запад (в частности, европейская его часть) самодостаточен во всех сферах человеческой деятельности. В том числе, самодостаточной является западная (особенно англоязычная) литература. Во многом это объясняется тем, что славянские (русскоязычные, в частности) литературные тексты стали проникать в Европу значительно позже того, как наметилась экспансия английских, французских и немецких записей. Обратите внимание, что "Слово о полку Игореве" датируется концом 12-го века, однако первое упоминание о печатном источнике появилось лишь в конце 18-го века (до сих пор считается, что первый свиток "Слова" - "Песнь Игоревых воинов" - был уничтожен во время пожара 1812 года). Между тем, широкое хождение по Европе уже имели поэмы Оссиана, переведенные с древнекельтского на английский, немецкий, французский и - чуть позже - итальянский языки. Оссиан жил в 3 веке и до сих пор считается провозвестником европейской песенной культуры. Замечу к слову, что Греция, чьи рукописные тексты считаются самыми древними, в те времена не была частью Европы.
Многие историки полагают, что именно война 1812 года способствовала проникновению на территорию России европейских текстов - французских, итальянских, немецких и даже румынских (война, кстати, носила и название "нашествие двунадесяти (12) языков"). Широко известен факт, когда русскими партизанами был разграблен "конный поезд", в котором находилась библиотека Наполена (любил император почитать на досуге). Позже эту литературу дотошно изучал Карамзин и даже настаивал на переводе книг на русский язык. А вот Александр I не спешил отдавать приказ, поскольку сам свободно читал французские и английские книги в первоисточнике. А народу знать ход вольнолюбивой французской мысли было без надобности. Да и опасно для трона. Именно Александр I, просвещеннейший из русских царей и потому культивирующий жесточайшую цензуру, по сути наложил вето на широкие переводы европейских текстов и самолично контролировал эти вопросы в царском приказе. Естественно, при нем же строжайше регламентировалась вся рукописная литература, вплоть до люстрации личной переписки. Отчасти, именно поэтому русскоязычные тексты практически не попадали в Европу, тем более - в Америку. Именно цензура не позволяла попадать на Запад текстам Пушкина, Гоголя, Шевченко и многих других поэтов и писателей.
Кроме того, сам русский язык, вплоть до реформы 1917-1918 гг фактически не поддавался переводу из-за особого употребления в нем таких букв, как, например, Ъ, i. До коммунистической "реформы” в русском языке было 36 букв. Сегодня 33 буквы. А в древней кириллице было вообще 43 буквы. Причём в древности было 19 гласных букв, а сегодня их всего 5. Все это делало невозможным даже поверхностные переводы на европейские языки русских текстов. Ну, и, конечно, сам язык, его многообразие, богатство, вариативность, образность, метафоричность делали и делают переводы крайне затруднительными. Замечу, что наиболее удачными переводами с русского на английский считаются тексты русских авторов, которые одинаково хорошо писали и по-английски. Набоков, Бунин, Бродский и еще несколько имен. Опубликован анализ статистики литературных переводов в мире за период 1979-2008 годов. Русскоязычная литература вошла в рейтинг наиболее популярной на мировом книжном рынке, заняв четвертое место после «боевой тройки» - английской, французской и немецкой.
А вот любопытный тезис, характеризующий тренд: «Будут ли российских авторов переводить больше - зависит от того, какой будет жизнь в стране». И это очень точно. Чем закрытее страна, чем жестче цензура, тем проблематичней проникновение литературы за ее границы. Наибольшее количество переводов пришлось на времена Хрущева и допутинский период (перестройка - Ельцин). Сейчас Россия вновь утрачивает лидирующие позиции.
Что касается переводов западной литературы, то в этом нет ничего удивительного: еще царь Петр поощрял русских студентов голландских и немецких училищ привозить в Россию книги. И хотя они получали известность лишь в узких кругах (население-то вообще было повально безграмотным), традиции "культурного обмена" хранились весьма ревниво. А позже по этим переведенным тем же Ломоносовым книгам (специализированным, конечно) обучались студенты российского университета.
И, наконец, следует признать, что английский язык (как европейский, в том числе)доминирует в сегодняшнем мире, и все литературы по сравнению с англоязычной имеют на порядок меньшее число читателей. Русская литература в большей степени является литературой для внутреннего пользования, поскольку сам язык не является одним из профилирующих в мире. Тем временем, английский и французский - это языки Европарламента. И в этом смысле наша ситуация схожа с ситуацией в Японии, Китае. Я уж не говорю о странах исламского мира.