Заявки - архив интернет-конкурса

«И Элли»

Эй, Гудвин, здравствуй, Гудвин. Я шла к тебе сто лет.
Ни храбрости, ни мудрой отметки на челе.
Желания как птицы на финишной прямой —
и Элли возвратится с Тотошкою домой.

Над Уичитой милой не выпадает снег.
Ты в зеркале страшила, в постели дровосек.
Уже давно за тридцать, но всё же, время, стой!
И Элли возродится. Как Феникс золотой.

На Гудвина надейся, но не плошай сама.
Держи стрелу индейца и старенький травмат.
Покой нам только снится, и так же вечен бой.
И Элли затаится на точке огневой.

В потоке бессердечных, безмозглых посреди
волшебный человечек как свет в конце пути.
Но в небо шар стремится. Прощальный взмах рукой.
И Элли возмутится от наглости такой.

Любезный бакалейщик, мне фунта три овса!
На солнечной аллее я потеряла пса.
Однажды прекратится и мой маршрут земной…
…И элли-
псоид мчится со спутником-луной.

Эй, Гудвин, — ты же слышишь, — в цилиндре и с плащом!
Летит грехом булыжник, отпущенный пращой.
Последняя страница осыплется золой.

и Элли разбежится, и Элли разбежится и взмоет над скалой

«Робин»

Горе разит как прямая стрела, —
так говорили предки.
Робин, завистникам нет числа:
красные геометки.

Прямо по курсу Шервудский лес,
чести твоей обитель.
Здесь проведёшь ты немало лет
в коллективном ретрите.

Золото отдано беднякам.
Сел у костра погреться.
Только глядит на тебя свысока
Ричард Чёрствое Сердце.

Маску сними, картонный герой!
Знать мы хотим героя.
То ли ты незнакомый Роб Рой,
то ли знакомый Робин.

Робин-Бобин, это не гуд —
чревоугодие в массы.
Полные гиблых идей идут
мимо свободной кассы.

Замер под куполом акробат.
Робин, публика в шоке!
Делает сальто из рукава
полубезумный Джокер.

Флай, Робин, о Робин, флай!
Кролик бежит всё дальше.
Мама печёт яблочный пай
для пай-мальчиков-с-пальчик.

Вновь для тебя пропоёт зарю
пылкая красношейка.
Завтра ты присягнёшь королю —

выспись же хорошенько.

Нарисую я луну,
Нарисую облака,
Нарисую лодочку,
В ней плывущего себя.
Нарисую берега
До которых не доплыть.
Может, разрешат друзья
В одиночестве побыть.

Ночью в призрачном лесу
Звери дивные не спят,
Пробираются к костру,
На меня сквозь лес глядят.
Только я их не боюсь,
Хоть глаза их как огни,
Даже не пошевельнусь –
Нарисованы они!

(проигрыш – флейта А.Новоселова)

А надоест мне все когда,
Я резиночку возьму:
Лодку остров и себя
Потихонечку сотру.

ЛЕДЕНЦОВЫЙ РАЙ
1) С ветки сорвалась звезда,
Ты желанье загадал – поздно.
И смеешься — не беда,
Мол, не верил никогда звездам.
Припев:
В леденцовый рай сыплются шаги
Прямо через край медовой радуги-дуги.
Ускакал босой,
Там тишина и небо выше.
Я кричу: «Постой»!
Но ты не слышишь.
2) Отражение дрожит,
Уплывает в миражи лодка.
В этом мире даже ты
Из тумана и воды соткан.
Припев:
Перья в волосах, порван воротник,
На свой риск и страх
В крапиву выброшен дневник.
До Луны самой
Легко допрыгнуть с крыши.
Вот зовут домой,
Но ты не слышишь.
3) Мне бы лук или ружье,
Записаться бы в твое племя.
И махнуть куда-нибудь,
Только жаль, не обмануть время.

Давным-давно
Юрий Визбор

Е Fm# Н
На Востоке, на Востоке
Н Е
Сосны низкие растут.
Е Fm# Н
Был там порт один далекий
Н E7 E* А
И бывало в том порту:

А Ab Е
Припев: Флагов пестрое ветрило,
Е Eb Fm#
Золотое полотно,
Fm# Е Db Fm#
Как давно все это было,
Н Е Н
Давным-давно.

И бывало, и бывало
Океанская заря
На рассветах подымала
Золотые якоря.

Припев.

Капитаны, капитаны,
Приходили в ресторан.
И ругали рестораны,
Проклиная океан.

Припев.

Промелькнули, промелькнули
Целый век и целый год.
Капитаны утонули,
Только в памяти живет.

Припев.

Мой дружище, мой дружище,
Мой товарищ дорогой,
Пусть тебя везде разыщет,
Будет пусть всегда с тобой.

Припев.

1963

Для нас двоих

Дом, в котором всходит Солнце,
Дом, в котором я живу.
Не в дали, не у японцев -
Здесь, у сквера на углу.
Я сижу под самой крышей,
Помогаю Солнцу встать,
Чтоб оно светило выше,
Не давая спать.

Здесь внизу под облаками
В этот день и в этот час
Все придумано не нами,
Все придумано для нас.
И весна, которой мало,
И предчувствие зимы,
И слова, чтоб ты сказала
«Вместе – это мы».

Мне б только день рассказанных тобой историй,
Мне б только ночь, безлунную, из снов твоих,
Мне б только жизнь придуманных тобой теорий,
Бесспорно верных лишь для нас двоих.

Я смотрю, как ты летаешь
У прохожих на виду.
Ты меня еще не знаешь –
Я потом к тебе приду.
Так же, как приходит лето
Через форточный проем,
Чтобы в доме много света,
Чтобы мы вдвоем.

Мне б только день рассказанных тобой историй,
Мне б только ночь, безлунную, из снов твоих,
Мне б только жизнь придуманных тобой теорий,
Бесспорно верных лишь для нас двоих.

Родина-мать, не заметил, а ты постарела.
Родина-мать, у тебя под глазами круги.
Понимаю, устала – растила всех нас, как умела.
Мы по-прежнему здесь, в переулках кленовой руки.

Родина-мать, мы в объятьях твоей непогоды,
Родина-мать, так доверчиво ждем перемен,
Нас бросает опавшей листвой под колеса свободы
На потеху ветрам и любителям массовых сцен.

Припев:

Поем песни бравые: Вперед! Дело правое!
Мы в едином порыве сильны, наша вера крепка!
Пойдем в рукопашную, толпа – дело страшное
В час, когда сообща выбирает себе вожака.

2 куплет.

Родина-мать, сколько ждать озарения светом?
В мире столько же правды, как в залежах желтых газет.
Здесь так холодно жить, и так глупо не думать об этом,
И любить эту жизнь в перерывах на сон и обед.

Родина-мать, схорони ты меня от напасти,
Будет в доме темно, будет страшно, что снова ни с кем.
Я не верю словам, подкрепленным желанием власти,
Я не верю в свободу за стенами денежных схем.

Припев.

Поем песни бравые:
Вперед! Дело правое!
Мы в едином порыве сильны, наша вера крепка!
Пойдем в рукопашную, толпа – дело страшное
В час, когда сообща выбирает себе вожака.

Поем песни бравые:
Вперед! Дело правое!
Мы в едином порыве сильны, наша вера крепка!
Но знайте заранее – моя хата крайняя!
Я не верю в свободу за стенами денежных схем.

В незнакомом городке, вдалеке от всех Америк,
Я открою новый берег с белой чайкой на песке.
Курит трубочку мой друг - теплоходик белоснежный.
В нем живут тепло и нежность, радость встреч и боль разлук.

Припев: В колечко табачного дыма
Под утро упала звезда.
И поезд проносится мимо
И в поезде мчатся года.
А я остаюсь на перроне,
А я повторяю: держись.
Пусть едет в последнем вагоне
Моя непутевая жизнь.

В небе синем, словно лед для фигурного катанья,
До свиданья, до свиданья - чертит мелом самолет.
Я от прошлого бегу, все, что нажито, бросаю,
Одиноко замерзаю белой чайкой на снегу.

Припев.

В незнакомом городке вдалеке от всех Америк
Я открою новый берег с белой чайкой на песке...

Плесни в стакан чего-нибудь покрепче,
Пусть будет этот вечер длиться долго,
А тёплый воск всё пачкает подсвечник,
Да только от огарка мало толка.

Густая тишина и запах кофе
В окно чуть приоткрытое сочатся.
Давай, я почитаю. Эти строфы
Поведают о бесконечном вкратце.

О том, что из окна не видно неба,
Которое, казалось, станет низким.
Обратного у времени не требуй,
В обратное, поверь мне, путь неблизкий.

Здесь - океаном мечена граница,
А там - снега и ввысь стремятся сосны,
И отдаляясь, всё прозрачней лица...
Хоть, может, это кажется мне просто.

Ты не молчи, ведь думаешь о том же,
Себя укутав в сумерек лоскутья.
Все наши дни до странного похожи,
И мы застряли в них на перепутье.

Самою любимою ты была моею.
Я шептал тебя во сне, я с тобой вставал,
Я за красками ходил в жёлтую аллею
И в морозы на стекле звуки рисовал.

Просинь отражалась в зеркале оконном,
Выцветал от ожиданья лес.
Осень свой обряд вершила по законам,
Не суля событий и чудес.

А той ночью я бродил по пустому городу,
Собирая паузы да осколки дня,
А ветра до петухов всё играли с вороном
Да случайно с листьями принесли тебя.

Помнишь, плыли на пододеяльник листья
С запахами будущей пурги.
Помнишь, я читал тебе их, словно письма,
По прожилкам лиственной руки.

Есть начало и конец у любой истории.
Нас несёт в фантазии завтрашнего дня.
Снятся мне по-прежнему светлые мелодии,
Только не встречается лучше, чем твоя.

В истоме сладостной слегка
Трепещет нотный стан.
Скрипичный ключ ему пока
Тобой ещё не дан.
Полутонами возбуждён-
Прогиб меняет гриф.
И вот уже почти рождён
Желания мотив:

Припев:
Давай с тобой займёмся...
Музыкой, а-а
Давай с тобой займёмся музыкой!

Движения пальцев по ладам
Становятся смелей.
Разлит по их живым ладам
Гармонии елей.
Все тело в унисон звучит
С блаженной лаской нот
И вот уже почти кричит
Мой пересохший рот:

Припев:

До-си-до-си-до-ре-ми-ре-до
До-си-до-си-соль...

Каскад аккордов на финал,
Мурашки по спине.
Ещё никто не вызывал
Такой волны во мне.

Припев:

Как в детстве

Спящий плес, утюжа брюхом,
Юркий катер-водомёт,
Словно в детство, в Ячменюху
На рассвете уплывёт.

На корме, как на балконе,
Мокнут снасти, рюкзаки,
А в прокуренном салоне
Травят байки рыбаки.

Берег правый – огороды,
Школа, лодочный причал,
Плети старых водоводов
И «пожарки» каланча.

Слева – Старая Ильинка,
Ерунаково, Этап,
Яр, заросшая тропинка
И навес еловых лап.

Над тайгой, как белый лебедь,
Плавно облако плывёт,
Там, в бездонном синем небе
Серебрится самолёт…

Всё, как в детстве – плещет рыба,
Закипает перекат
И скалы гранитной глыба
Спит, как много лет назад.

Всё – как в детстве…
Это слухи
По Томи разнёс народ –
Что, никто уж Ячменюхе,
Много лет как не живёт!

29.09.11

На Томи

Спящий плес, утюжа брюхом,
Юркий катер-водомёт,
Словно в детство, в Ячменюху
На рассвете уплывёт.

На корме, как на балконе,
Мокнут снасти, рюкзаки,
А в прокуренном салоне
Травят байки рыбаки.

Берег правый – огороды,
Школа, лодочный причал,
Плети старых водоводов
И «пожарки» каланча.

Слева – Старая Ильинка,
Ерунаково, Этап,
Яр, заросшая тропинка
И навес еловых лап.

Над тайгой, как белый лебедь,
Плавно облако плывёт,
Там, в бездонном синем небе
Серебрится самолёт…

Всё, как в детстве – плещет рыба,
Закипает перекат
И скалы гранитной глыба
Спит, как много лет назад.

Всё – как в детстве…
Это слухи
По Томи разнёс народ –
Что, никто уж Ячменюхе,
Много лет как не живёт!

ПРО НЕБО
Как прекрасно, что небо – везде и ничьё.
Не бросает в беде, не завидует в счастье.
Как умно, что оно не моё, не твоё,
И не этого гада из партии власти.
Что плывет оно вдаль по дельфиньим морям,
По полынным степям прямо к нашему саду
Что не служит оно ни заморским царям,
Ни тебе и ни мне и ни этому гаду.
Тот дурак, кто ни разу в него не нырял
С головой, без стыда и опаски.
Я его не раскрашивал, но одобрял
Белоснежность и синь, и глубинность окраски.
Потому, что прекрасно устроено всё.
Так прекрасно, что краше уже не бывает:
Ты выходишь в потёмках с утра на крыльцо,
Говоришь: «Ну, давай!» - оно приплывает.
И восставшее вновь из восточных морей ,
Обнимает оно, разрываясь на части,
И тебя, и меня, и людей и зверей
И прощённого гада из партии власти.

Юрий Беличенко

Самолёты

О, как печальны самолёты,
Когда они в полночный час
Уносят в тёмные высоты,
Как бы раздваивая нас.
Когда нам кажется ошибкой
Движенье стрелки часовой,
И за дюралевой обшивкой
Клокочет воздух ключевой.

Тогда приблизится мерцанье
Звезды, висящей в пустоте,
И распадутся расстоянья.
И сами мы уже не те.

Уже нам хочется поверить
В надёжность тонкого крыла
И мерой вечности померить
Свои не вечные дела.
Но нет для нас точнее меры,
Чем та земля, что не видна,
Что во глубины атмосферы,
Как бы в себя, погружена.

Где по равнинам ветер тучный,
Где притаились города.
И бесконечна, однозвучна
Всё та же русская верста…

Сергей Стрельников

Человеку нужен друг

Человеку был нужен друг –
Денег он не хотел и славы,
Собеседников для забавы –
Человеку был нужен друг!

Он по жизни не шёл, а плыл,
Невпопад говорил, и, в споре,
Он нуждался всегда в опоре –
Нужен друг человеку был!

Друг единственный, друг большой,
Друг отходчивый, очень смелый,
Что ни сделает – хорошо!
Что ни выскажет – всё по делу!

Каждый день был на день похож –
Шли дожди, иногда снегопады –
Каждый день нужен, кто-то, рядом…
Нужен друг человеку, всё ж!

Он влюбился, женился вдруг –
Жить хотел он в счастливом браке,
Спать с женой и гулять с собакой…
То – семья! А был нужен друг!

Человек соскользнул со скал
И пропал бы в горах наверно,
Но товарищ был в связке верный –
Трос над пропастью удержал.

Где ж, спаситель, ты был целый век?!
Закричал он под камнепадом…
Я, всю жизнь, был с тобою рядом,
Был с тобой, дорогой человек …

Друг единственный, друг большой
Друг отходчивый, очень смелый,
Что ни сделает – хорошо!
Что ни выскажет – всё по делу!

Кизир*
Когда судьба толкнёт за грань
Взбесившегося мира
Махнём, дружище, в глухомань,
На берега Кизира.
Махнём на сложности рукой
И «цыкнем» на невзгоды –
В запасе порох есть сухой –
Какие наши годы!
Шумит могучая сосна на берегах Кизира,
Висит на облаке луна большой головкой сыра,
Чудесной музыкой звучит оркестр переката –
В такую ночь никто не спит – и потому не спят ребята!
Проходит жизнь за годом год,
А, мы – всё в той же теме…
Потоком быстрых, чистых вод
Несётся к устью время
И у костра – и, ты, и – я, все соберемся снова –
Познаем радость пития и бытия основу.
Шумит могучая сосна на берегах Кизира,
Висит на облаке луна большой головкой сыра,
Чудесной музыкой звучит оркестр переката.
В такую ночь никто не спит – и потому не спят ребята!
Когда судьба толкнёт за грань
Взбесившегося мира
Махнём, дружище, в глухомань,
На берега Кизира. * Кизир – приток Енисея

Белым покровом землю окутало.
Тихой мелодией в небе напето –
Ангела вам Хранителя, доброго, мудрого,
Мирную обитель, и многая лета.

Звонкими ручьями позовёт от порога
Солнце лучами – путеводными нитями.
Ангела вам Хранителя, светлую дорогу,
Малые вам печали, многие открытия.

Яркими звёздами вышито небо.
Мир бесконечен, – всё ли упомнишь –
Ангела вам Хранителя, насущного хлеба,
Рода продолжения, и Бог вам в помощь!

Белым покровом землю окутало.
Тихой мелодией в небе напето –
Ангела вам Хранителя, доброго, мудрого,
Мирную обитель, и многая лета.

Стихи Ольги Комаровой \г. Новокузнецк\

Белый снег, как саван ляжет, на душу, на грудь,
то, о чем тебе он скажет, слышишь, не забудь.
Ты же, зная, люди -стены, не опустишь плеч,
не забудь, сойдя со сцены, реквизиты сжечь.
И, не поднимая ворот, и, не пряча глаз,
ты покинешь этот город, ты оставишь нас.
Потонув в ночи бессонной, маска злая в снег
город выбросит картонный и погасит свет.
Саван, знать, обиды лечит в этот мире мер.
Ты же помни - город, вечер, снег, камин, Гомер...

Чертит ночь от весны до весны
Звёздный пояс.
Довезите меня до Луны,
Мистер Поезд!
Паровоз просвистит в полусне
Вздох усталый:
Я бы рад,
Только станции нет на Луне,
Только станции нет на Луне, нет вокзала,

Словно поезд из дальней страны,
Время мчится.
Довезите меня до Луны,
Миссис Птица!
Птичий крик прозвенит с вышины,
Полон грусти:
Я бы рада,
Но хмурое небо Луны,
Но хмурое небо Луны птиц не впустит.

Лунный путь от волны до волны,
Ветер слабый…
Довезите меня до Луны,
Сэр Корабль!
Ветер солнечный станет крылом
В море звёздном!..
Я бы рад,
Но, пока мы туда доплывём,
Но, пока мы туда доплывём, будет поздно!

Может, всё это лучше забыть
Безоглядно?
До Луны не дойти, не доплыть —
Ну и ладно!
Жизнь идёт от весны до весны,
Ночь крылата…
И назад
Для того, кто свалился с Луны,
Для того, кто свалился с Луны нет возврата,

Солнца не будет – жди-не-жди!
Третью неделю льют дожди,
Третью неделю наш маршрут
С доброй погодой врозь.

Словно из мелких-мелких сит
Третью неделю моросит...
Чтоб не погас у нас костёр,
Веток подбрось.

В мокрых палатках спят друзья,
Только дежурным спать нельзя.
Сосны качаются в ночи,
И, как орган, гудят.

А у костра ни сесть, ни лечь.
Как не устанет дождик сечь?
Слушай, давай станцуем вальс
В ритме дождя.

В небе не виден звёздный свет,
В небе просвета даже нет.
А под ногами не паркет,
А, в основном, вода.

Но согревает нынче нас
Этот смешной и странный вальс,
И вопреки всему горит
Наша звезда!

Граждане, купите ветер,
Глядите, где вы
еще найдете такой!
Будет будет вам плясать и петь, и
Качать флюгер,
Или мурчать под рукой.
Будет вам птенцом в оконце,
вертлявым пёсиком на цепочке.
Дайте мне за ветер солнце.
Я подарю его дочке.

Граждане, купите снег.
У меня много —
Почти за так отдаю.
Будет вам лететь с неба,
Ронять перья,
Как Серафимы в Раю.
Будет новую песенку
Напевать сэру Клавесину.
Дайте мне за снег месяц,
Я подарю его сыну.

Выл да пел всю ночь ветер,
И вся округа
была от снега бела.
на заре проснулись дети
и любовались тобой,
пока ты спала.
Босиком, скрипя по лестнице,
По утру распахнув оконце.
Сын зовет домой месяц,
И выпускает дочь солнце.

Балтийский дуэт (автор - Александр Макаренков)

Арки деревьев, едем на запад, солнце слепит глаза.
Моря манящий чувствуем запах - что тут еще сказать!
Чайки разрежут волны прибоя крыльями на куски,
За руки взявшись, входим с тобою в море, как две реки.

Пр. Здесь на краю земли красных крыщ корабли,
Вечность портовых плит здесь на краю земли.

Наши скорлупки штормы мотают ночью и даже днем,
Только однажды знаю мы станем камешком янтарем.
Лето умчится вне расписания за горизонта нить
Нам достается праздник прощанья, нам остается плыть.

Пр. Здесь на краю земли красных крыщ корабли,
Вечность портовых плит здесь на краю земли.

Что могло уже случилось.
Ничего не изменить,
А любви не получилось.
Осень. Некого винить.

Догорает, гаснет спичка,
Вытираешь дождь со лба.
Наплывает электричка -
Неизбежна как судьба.

Я бы всё переиначил:
Век ли, миг ли погодя,
Холод пригородной дачи
Шум осеннего дождя.

Уезжаю с ночного перрона,
Улетаю в продрогшую ночь.
Через два или три перегона
Боль-обида отцепится прочь.
Через два или три перегона
Что-то вдруг повернется в судьбе –
Проводница седьмого вагона
Мне постельку постелет в купе.
Провалюсь и забудусь надолго
С мыслью доброй о прожитом дне.
Будет верхняя жесткая полка
Мне периной казаться во сне.
Будет женщина долго мне сниться,
И под стук монотонных колес
Промелькнут позабытые лица,
За спиною обрушится мост.
Проводница седьмого вагона
Мне чужую судьбу не пророчь...
Уезжаю с ночного перрона,
Тихо-тихо баюкает ночь.