Заявки - архив интернет-конкурса

В созвездье плюшевых медведей.
Хранятся детские игрушки.
За потолком небесной тверди,
Где звезды, рыжие веснушки.

Туда отправился навечно
Мой паровоз зелёной масти.
В пломбирном времени беспечно
Кипят детсадовские страсти.

Там целлулоидная кукла
Пищит невнятно слово «Мама».
Из-под пера сбежала буква...
И кем-то там отмыта рама.

Там оловянные солдаты
Чеканят шаг свой по паркету,
И одноногие пираты
Стоят на палубе корвета.

Там барабан с мембраной рваной
Застыл в углу, как в карауле.
На самой солнечной поляне,
где земляника ждёт в июле.

Но мой билет туда просрочен.
И проездной остался детям,
А мне туда хотелось очень,
Но то созвездье под запретом.

В созвездьи плюшевых медведей
Хранятся детские игрушки
За потолком небесной тверди
Где звёзды, рыжие веснушки

Туда отправился навечно
Мой паровоз зелёной масти
В пломбирном времени беспечно
Кипят детсадовские страсти

Там целлулоидная кукла
Пищит невнятно слово «Мама»
Из под пера сбежала буква
И кем то там отмыта рама

Там оловянные солдаты
Чеканят шаг свой по паркету
И одноногие пираты
Стоят на палубе корвета

И барабан с мембраной рваной
Застыл в углу как в карауле
На самой солнечной поляне
Где земляника ждёт в июле

Но мой билет туда просрочен
И проездной остался детям
А мне б туда хотелось очень
Но то созвездье под запретом

Мария Махова
Как же так получилось, что жизнь прошла?
Мы же об этом знали – а, впрочем, нет...
И всё зовёшь кого-то, но голос слаб.
Снег…

Ночь бесконечно тянется, валит с ног.
Что нам ещё останется, кроме слёз?
Много хотел успеть, но опять не смог.
Брось…

Я всё хотел исправить и жить в любви.
Дай мне последний шанс избежать потерь…
– В лодку садись.
– Я в лодке…
– Плыви, плыви…
Верь.

Гоголь. XXI век
Иван Клементьев
Скрипит по русской хляби старая кибитка,
В глазах возницы - пара грив и небо в звёздах.
А мальчик, что сидит внутри, промок до нитки.
Ему бы снова выбрать путь, да вроде поздно...
И что-то слева давит, словно ангел темный,
Авось, и выдавит к утру всего три слова.
Но что-то справа снова вспыхнет и напомнит:
Словам тем - грош или четыре литра крови.

Здесь двести лет прошли в святых и
грешных муках.
Здесь миллионы пали, словно снег в июне.
А мальчик, что сидит внутри, грустит в разлуке.
Еще немного, и его с дороги сдунет.
Куда несешься, Русь? Мы все уже в залоге.
Но под него теперь не вымолить и хлеба.
Так дай нам, Боже, радости немного
Увидеть свет сквозь пасмурное небо!

Какая птица долетит до середины
Реки бездонной, безначальной, бесконечной?
Парит душа живая облаком невинным,
Круговорот поддерживая вечный.

Гоголь. XXI век
Иван Клементьев
Скрипит по русской хляби старая кибитка,
В глазах возницы - пара грив и небо в звёздах.
А мальчик, что сидит внутри, промок до нитки.
Ему бы снова выбрать путь, да вроде поздно...
И что-то слева давит, словно ангел темный,
Авось, и выдавит к утру всего три слова.
Но что-то справа снова вспыхнет и напомнит:
Словам тем - грош или четыре литра крови.

Здесь двести лет прошли в святых и
грешных муках.
Здесь миллионы пали, словно снег в июне.
А мальчик, что сидит внутри, грустит в разлуке.
Еще немного, и его с дороги сдунет.
Куда несешься, Русь? Мы все уже в залоге.
Но под него теперь не вымолить и хлеба.
Так дай нам, Боже, радости немного
Увидеть свет сквозь пасмурное небо!

Какая птица долетит до середины
Реки бездонной, безначальной, бесконечный?
Парит душа живая облаком невинным,
Круговорот поддерживая вечный.

«Давай поболтаем о прошлом»
А.Разумов
1. Давай поболтаем о прошлом, о том, как мы жили когда-то.
И верили твёрдо, что счастье возможно, любуясь вечерним закатом.
Давай на мгновенье вернёмся, в наш сад, где душистая мята.
Друг другу, при встрече, давай, улыбнёмся, пусть мелочь, но всё же приятно.

Пр: А я стою на берегу, пересеченья быстрых рек.
На перепутье двух веков, я прошловечный человек.
И ярок день и ночь темна и звёзд хрустальных хоровод,
Меня уносит без труда, в мир счастья детства моего.
И ярок день и ночь темна и звёзд хрустальных хоровод,
Меня уносит без труда…

2. Я старый альбом, как молитву, с любовью и грустью листаю.
В нём на пожелтевших страницах, вся жизнь от начала до края.
Где я у отца на закорках, в день мира, труда, первомая,
И дедушка мой, как всегда с папироской и мама моя молодая.

Пр: ----------------------------------------------------------------------------------

Что было, тому не вернуться!
Что будет, покажет, лишь, время!
Пусть горькие слёзы дождём обернутся,
«Всё будет прекрасно!» - поверь мне!
И в детство зовут за собою смешные, наивные речи.
И хочет, мой сын, дотянуться рукою до неба – садясь мне на плечи!

Пр: --------------------------------------------------------------------------------------------

23.02.2012г.

желание
Мария Махова
Он сидел у подъезда на лавочке,
мальчик маленький, лет пяти.
– Я ищу волшебную палочку. –
он сказал. – Помоги найти.

– Ты придумал уже желание? -
задал мальчику я вопрос. –
Или это что-нибудь тайное?
Я сейчас не шучу, всерьёз.

– Да, придумал. – сказал он просто. –
А про тайное – вам видней.
Я бы злых и не дружных взрослых
превратил бы опять в детей.

Я б от самых морей досюда
подарил им цветы и свет.
Я хотел бы: настало утро.
Мир проснулся, а злое – нет.

А про злое пусть все забудут,
пусть растает оно, как снег...
Я хотел бы: настало утро.
Светит солнце и мир – навек.

Hm
1. Как быстро крутится земля.
Em
Полвека сгинуло не глядя.
A (Cdim) D – Cdim (Em)
И в желтом свете фонаря, / 2р.
F# G
Как - будто в подвенечном платье,
F#
Идет со мной, моя судьба.
2. Как много пролито дождей,
С тех пор, как молоды мы были.
Огромный двор, в котором жили, /2р.
Плыл по реке людских страстей.
Em A D
Пр: И как же так произошло,
Em A D - Cdim
Что оглянуться не успели,
Em (H7) F# G (Em)
Как наши дети повзрослели, /2р.
F# (G) G (F#)
И на висках белым - бело. /2р.
3. Наш старый дом еще не спит.
В нем счастье есть и есть невзгоды.
И в переменчивость погоды, /2р.
Он половицами скрипит.
4. А где-то старые качели,
Не от усталости скрипят,
Они так просто странно пели, /2р.
Так много лет тому назад. /2р.
Пр: И бог с тобой, не в этот день.
Не станем мы кричать напрасно,
На весь наш двор и так все ясно, /2р.
Уже не выглянет в окно,
Не позовет с любовью мама.
И только крест оконной рамы, /2р.
Напоминание о том.
1.12.2015г.

Когда сквозь асфальт
Мария Махова
Когда сквозь асфальт пробивается тонкий стебель,
я думаю – кто сильнее здесь, кто сильнее?
Стальная птица обгонит живую в небе,
и птица живая не будет тягаться с нею.

Не будет тягаться, даже имея право -
живому не надо соревноваться с мёртвым.
А вот стебелёк пробился, и это правда.
И, значит, мир будет слышать живые ноты.

Когда-нибудь мы устанем и всё отпустим.
Когда-нибудь всё поймём до последней дрожи.
И то, что звучало нотой высокой грусти,
к нам явится вновь, чтоб пульсировать здесь, под кожей.

И всё отойдёт, что мешало дышать когда-то,
рассеются тучи и светлыми станут лица.
Расти, стебелёк, ты сильнее любых асфальтов.
И слушай, о чём поёт в синем небе птица.

Бог живёт на седьмом этаже неба,
и по правую руку его – лето,
а по левую руку его – осень,
а зимы и не видно почти…
И не ведает Бог никаких чисел,
на коленях у Бога лежат письма,
и так много уже у него писем,
улыбается Бог и молчит.

И кружатся стихи, становясь снами,
застревая в оконной, большой раме,
и находят мотив для себя сами,
напевая друг другу в ночи.
И уже далеко-далеко вечер,
а Весна тихо-тихо ему шепчет:
«баю-бай, засыпай, будет днём легче…»
Улыбается Бог и молчит…

И утихнет когда-нибудь мой голос,
и отпустит меня навсегда город,
и найду наконец-то я твой полюс,
за который уйдём мы вдвоём.
И умчится зима, ей не так долго,
и по лёгкой волне поплывёт лодка,
и Весна отразится в глазах Бога –
улыбается Бог и поёт.

Dm Dm/C Dm/A# A7
1. Мы все понемножечку сходим с ума.
Dm Dm/C Dm/A# A7
Об этом твердят все учёные в мире.
Gm A7 Dm
И может такое быть только в России,
Adim Cdim Edim Gm
И может такое быть только в России,
Gm/A#/E A7
Когда неожиданно утром зима.

2. Мы все понемножечку сходим с ума.
Ютясь до сих пор в коммунальной квартире.
Живём, как в раю, на замедленной мине, /2р
Но жизнь так прекрасна и так весела.
Cadd9+ Adim Gm
3. Когда по- утру в коммунальной квартире
Adim Cdim Gm
На общий санузел почти тридцать душ,
Gm Dm
На кухне пожар, коридор прокурили,
Gm Dm
Соседка кричит, окошко разбили
E A7 Dm
И в ванной назло не работает душ.

4. И радио можно своё не включать,
Оно ровно в шесть запоёт у соседа
И голос привычный физкульта с приветом /2р
Нас всех на зарядку начнёт зазывать.
5. Ах, как не хотелось, конечно, вставать,
Но голос настойчиво звал за рассветом
И был бутерброд – колбаса с белым хлебом
И был бутерброд, иногда просто с хлебом,
И чай со слоном, им вкусней запивать.
6. Как счастливо всё же мы жили тогда,
Пусть был телевизор ещё чёрно-белый,
Вот только душа не стонала, а пела /2р.
И музыка эта мне так дорога. 12.01.2013г.

Компас любви
Компас врал, не краснея,
Север путая с югом.
Тех, что были честнее,
Смяла душная вьюга.
Не проехать, не пройти
В этой черной круговерти.
За гроши скупали черти
Души сбившихся с пути...
Где же истина грешит?
Кто солгал – уже оправдан,
Кто искал на свете правду –
У обочины лежит…
Заболочена пашня.
Выпь рыдает истошно.
Через топь ходить страшно.
Обходить ее тошно.
Опостылело кружить,
Жить с оглядкой на указку,
Каждый раз другую сказку
Детям на ночь ворожить.
Сколько ж надо перемен,
Чтобы выучить уроки
Про окольные дороги,
Что всегда ведут к суме?
Что-то снова неладно:
Что ни слово – ошибка.
То с любовью накладно,
То с деньгами не шибко.
Что ты бьешь меня, судьба?
Не виновен я в измене –
Объявлений об обмене
Я не клеил на столбах!
Надо правдой мир лечить
От болотного дурмана.
Только правду от обмана
Без любви не отличить.

«Любимая, спи»
Сл.Е.Евтушенко, муз.Э.Колмановского

Любимая, спи... Мою душу не мучай,
Уже засыпают и горы, и степь,
И пес наш хромучий, лохмато-дремучий,
Ложится и лижет соленую цепь.

И море - всем топотом, и ветви - всем ропотом,
И всем своим опытом - пес на цепи,
А я Тебе - шёпотом, потом - полушёпотом,
Потом - уже молча: "Любимая, спи..."

Любимая, спи... Что причина бессоницы?
Ревущее море? Деревьев мольба?
Дурные предчувствия? Чья-то бессовестность?
А может, не чья-то, а просто моя?

И море - всем топотом, и ветви - всем ропотом,
И всем своим опытом - пес на цепи,
А я Тебе - шёпотом, потом - полушёпотом,
Потом - уже молча: "Любимая, спи..."

Любимая, спи... Мы - на шаре земном,
Свирепо летящем, грозящем взорваться, -
И надо обняться, чтоб вниз не сорваться,
А если сорваться - сорваться вдвоем.

Любимая, спи... Ты обид не копи.
Пусть соники тихо в глаза заселяются,
Так тяжко на шаре земном засыпается,
И все-таки - слышишь, любимая? - спи...

И море - всем топотом, и ветви - всем ропотом,
И всем своим опытом - пес на цепи,
А я Тебе - шёпотом, потом - полушёпотом,
Потом - уже молча: "Любимая, спи..."

Мерцанья вспыхнувшая спичка
Наоборот - её конца.
Дождь, освещая часть лица
И с отблеском своим гранича,

Стеклит окно не торопясь.
Нас - завтра старый год покинет...
Прощайте, мы! Ещё - такие.
Как все шаги, что так скрипят.

О?! Все прощанья так печальны?!
(Картинный жест: лицо - рука
"Вершина локтя" (Бродский)).
Как?! Зачем мне столько - за плечами

Годов? Я знаю - Дед Мороз
То самое нам всем и дарит.
Огромный миг! - На год состарясь -
Расставшись / встретившись. До слёз

Бывает тихо в этом мире,
Когда меняются - сквозь шаг
Мгновения - стена, душа,
Стол, освещение в квартире...

И в обновленьи (-в этой лжи!
- Кажащейся похожей страшно
На всё, что названо вчерашним),
Так - мирно - продолжаю - жить...

30.12.1997г.

Метель
Напуганной птицей взметнулся с обочины снег,
Ветер гоняет его, будто ловкий дворник.
И мечется, мечется, ищет приют, ночлег,
Этот осколочно-бисерный беспризорник.
Он и не понял, что вдруг перерос в метель,
Окреп и набрался смелой январской силы.
Забористым свистом, горном степных дикарей
Всех распугал играючи, невозмутимо.
Когда опустел блёклый уличный холст,
Когда заползла ночь в колеи дороги,
Метель возвела к звёздам прозрачный мост
И в небо смотрела глазами немого пророка.
Осыпала нищий город жемчужной рекой,
Взрастила цветы ледяные в руках воздетых,
И смолкла как сон, забылась, как пепел земной
И стала опять неприкаянным тихим снегом

Господи, если ты есть,
В облаке, бликах, мерцании.
Дай мне хоть знак восклицания,
Я-то по-прежнему здесь.
Я-то по-прежнему жду
голубя, гостя, погоды,
Света во тьме несвободы,
Ягоды спелой в саду.
Но захлебнулась весна
В черных лугах и канавах,
В прелых, нескошенных травах...
И тишина!

Бабка - за дедку, а дедка - за репку...
Я - за тебя, беспардонно и крепко,
Чтоб зацеловывать ямку на шее,
Ни у кого не спросив разрешенья -
Мне всё равно бы тебя запретили!
Шпили высокие, низкие штили -
Шпарить стихами, парить над верхами,
К маленькой дочке вставать с петухами.
Пусть в этой сказке не будет интриги,
Может быть, я - что та мышка из книги,
Так себе зверь, ни клыка, ни когтя нет,
Только мой кот без меня не потянет.

На каком языке пишет дождь нескончаемый вечер,
Балерины зелёные в ветреном танце кружат?
Дай коснуться мне этой неведомой голосу речи,
Чтобы так же красиво звучала в потёмках душа.
Как ничтожно малы, предсказуемы в мелких порывах,
То не ветер, не дождь – суета выставляет нам счёт.
На каком языке входит в воду гигантская рыба,
А потом на каком языке сквозь пространство течёт?
Я хочу улыбнуться, забыться, влюбиться, воскреснуть,
Окунуться в живое и выйти сухой из воды.
На каком языке ищет бог в поднебесье невесту,
Чтобы память о рае сгустилась в отчётливый дым?
Дай мне время понять, осмотреться и вникнуть в пределы,
Их расширить и выйти туда, где язык ни при чём.
На каком языке? Ну давай предположим, на белом,
Ослепительно белом, как шёпот космических пчёл.

И проныра утка, и важный гусь
Мне крылом махнули – и «на юга».
Вот, возьму и наголо постригусь,
Как леса на вымерших берегах.

Дрожь осин – не блажь, и не просто «ню»,
Это бал осенний на срыве сил.
Над Расеей всею, как простыню,
На просушку Бог небо вывесил.

Жаль, что солнца нет и тепло в облет.
Наклонюсь напиться из родника
И... с размаху стукнусь лицом об лед.
Да, ты, братец, тоже замерз, никак?

Усмехнусь, и кровь рукавом с лица
Оботру – не слишком ли рьяно бьюсь?
Не ярыжник я и не пьяница,
Но, как пить дать, нынче опять напьюсь.

Поманю Всевышнего калачом:
«Не забыл о нас еще? Побожись!»
Я ведь тем и счастлив, что обречен
Ежедневно биться лицом о жизнь.

На той высоте, где приходят стихи,..
Ольга Флярковская
Тень моя, тень на холодной стене...
Б. Окуджава

На той высоте, где приходят стихи,
Пустынные комнаты странно тихи,
Как в необитаемом доме...
И только скитается тень по ночам,
Не зная, с чего нам общенье начать,
Раз нет собеседницы кроме.
Из комнаты в комнату заперт проход,
Но тени ночные - настырный народ,
Бесплотный и юркий к тому же...
Безмолвная, мечется тень за спиной...
За что ей судьба так метаться одной,
По стенам плясать неуклюже?
Послушай, бедняга, есть средство одно :
Раскрыть на столе пожелтевший блокнот
И в слух не дыша обратиться,
И кто-то, и, может быть, даже душа
Заводит диктовку свою не спеша,
И чувствует ритмы страница.
И ты подходи без стеснения, тень!
Часы прозвенели, что кончился день,
Но мне в предвкушеньи не спится.
Без всяких метаний приемлю одно:
Настольная лампа, немецкий блокнот,
Перо и живая страница..

И всё, чем за жизнь переполнилась грудь,
Что светом вдали освещает мой путь
Сейчас воплощается в слове.
А тень на стене - не изнанка добра,
А давняя боль, что кольнула вчера,
Пред совестью встав наготове.

Прекрасно, что комнаты нынче тихи:
Честнее и ярче приходят стихи.

2 февраля 2016 года

Константин Вихляев

Не хочу про снег, а хочу про свет,
Тонким грифелем ветки калины
Рисовать в воде, как плывут в ладье
Маркизеты, фланели, муслины.

По реке идёт бирюзовый мёд,
Не поймать ни мелком, ни графитом.
В голове весна, и душа пьяна
Веселящимся льдом грановитым.

Солнце правит луч на скрипичный ключ:
Паганини, Рахманинов, Барток,
Лишь портовый кран, да сосновый храм
Не участвуют в музыке марта.

Что моё житьё, что твоё шитьё –
Только песня в четыре куплета,
Но гудит марток, и трещит ледок,
Значит, будет и новое лето.

Лодка
Елена Касьян
Смотри, как перевозят снег
В небесной лодке.
Какой короткий выпал век,
Какой короткий.
Чего искала, кем была,
О чём мечтала?..
А снег осыплется с весла —
И нас не стало.

Не стало неба и земли,
Ни крыш, ни улиц,
Как будто взрослые ушли
И не вернулись,
Как будто смотришь из окна
И ждёшь ответа...
Лишь лодка белая видна
Над белым светом.

Очнёшься в городе пустом —
Туман и слякоть.
Уже не вспомнить ни о ком
И не заплакать.
Как скоротечен человек —
И сам не знает.
Качнётся лодка, ляжет снег,
И полегчает...

Ночная зарисовка
Курилов Дмитрий
И музыка, и ночь.
Я заплутал во мраке.
Мне подвывают лишь одни собаки,
и светляки летят в мои глаза,
плывут навстречу мусорные баки,
как будто Бог нажал на тормоза,

и всё замедлилось, и сонная река,
глотая кучевые облака,
глядишь, вот-вот подёрнется коростой.
Погасли окна, затекла рука
с мерцающей меж пальцев папироской.

Дневная жизнь утихла, замерла
и вот уже совсем остановилась,
и грустный ангел, схлопнув два крыла,
пьянчужкою бухтит из-под стола.
И кружка покатилась и разбилась.

Идём же, мой случайный пешеход
туда, где будет всё наоборот,
где оживут и люди, и предметы.
Скорей! Ну что ж ты? с кем ты? кто ты? где ты?
Уж бредит синевою небосвод.

Огради меня, Стено нерушимая,
От сомнений и тревог разреши меня!
Там, где смуты, недород да усобицы,
Путеводной стань Звездой, Богородица!
От прельщенья сбереги, Одигитрия!
Отвори моим глазам слёзы мытаря,
Укажи мою вину, Клеще Таинства,
Не покинь меня одну в тьме ок'аянства,
Просвети и за собой поведи меня,
Матерь, девством в Рождестве невредимая!
Состраданью научи и смирению,
Только в них мои ключи ко спасению.

Ишаки кричат, пески осыпаются.
Чудо-девочка, гляди, просыпается.
Умиленье на лице старой матери,
Только б на ноги поднять...
Силы хватит ли?..
...Осень. В воздухе листва хороводится.
Нынче Праздник - Рождество Богородицы.

21-22 сентября 2015 г.

«Одиночество»
А.Разумов

1. Закружило всё, замело
Белым снегом в моей душе.
Мне бы крикнуть, но всё равно
Не услышит никто уже.
И в разорванных кандалах,
Погибая от злой тоски,
Как в бреду, я шепчу слова:
«Одиночество, отпусти!»
Как в бреду, я шепчу слова:
«Одиночество, отпусти!»
Но в ответ только тишина,
Еле слышно стучат часы.

Пр: Где-то там вдалеке
Старый колокол пел
Колыбельную песню мне,
И взлетало ввысь с вороньём
Одиночество ты моё.

2. Словно пульс по вискам стучит
Звонкой птицею,
Да и сердце, того гляди,
Будто выскочит.
И лежишь в четырёх стенах
Всеми брошенный,
Точно зверь посреди снегов.
Пулей скошенный.