Заявки - архив интернет-конкурса

Крик раздался в ночи: «Есть терпенью предел!
Вой влюбленных котов эпатирует нас!»
Не взирая на крик, кот Василий запел
Не попсу и не рок, а старинный романс:

ПР:
Мура, Мурка, Муриша,
Выйди,выйди на крышу!
Если зов мой ты слышишь,
То оставь свой диван!
Как герой киноленты,
Разогнал конкурентов,
Мышь поймал для презента –
Завернул в целлофан!

Дверь одной из квартир осаждает народ,
Полусонный и злой, человек двадцать пять.
Кто-то громко стучит, кто-то нервно орет:
«Эй, соседка, пусти кошку Мурку гулять!»
ПР:

О, как долго Васек встречи с Муркой искал!
Наконец-то открыл очень важный секрет:
Просто нужен романс, а к романсу вокал.
Мурка тоже поет – будет славный дуэт!
ПР:

Я на Бобике приехал к ней,
Бобик – пес, мой закадычный друг.
Я сказал, что нет ее нежней,
Кошек всех она милей вокруг.

Что на подвиг я готов идти
В честь принцессы потаенных грез.
Мурка, Мурка, я уже в пути –
Дон Кихотом быть хочу всерьез.

Пр:
Эй, Росинант, мой друг, вперед!
Ты приближай свиданье с нею.
Там у окошка кошка ждет,
Чуть-чуть грустя и дульсинея.

С вентилятором вступил я в бой,
Потрепал его, как ястреб кур,
Очень ловко – сам горжусь собой –
Я на лопасти набросил шнур!

Не дарю тебе гвоздик и роз –
Остаюсь в душе простым котом –
Две сосиски я тебе принес,
Вентилятор принесу потом!

Пр:

Ты мышиной болтовне не верь:
Мол, в борьбе его какой резон?
Обезврежен мной опасный зверь –
Пылесосом назывался он!

Как же страшно пылесос ревел,
Повергая Росинанта в шок!
Поперхнулся, а потом сгорел –
Я тряпьем забил его мешок!

Пр:

За то что ваза была ей дорога,
За то что тапки ее совсем изгрыз,
Назло соседям и всем своим врагам,
Хозяйка кличку выбрала мне Брысь.

За эту кличку хозяйку вслух браня,
Себе твердил я: «Бежать не торопись!»
Бывает топнут соседи на меня,
К себе при этом подзывая: «Брысь!»

Пр:
Котенок Брысь, давай-ка, брат, держись!
Прости каприз хозяйке-юмористке.
Котенок Брысь, жить с этой кличкой риск,
Но что за жизнь без нервов и без риска!

Тут лишь лингвисту задача по плечу:
В нюансах речи попробуй разберись,
Я стопроцентно, я точно знать хочу:
Зовут меня иль прогоняют: «Брысь!»
Пр:
Рулетки русской вращая барабан,
Судьба не скажет: «Котенок, берегись!»
Я ж любопытством до дрожи обуян –
Какой сейчас мне уготован «Брысь!»
Пр:

Наш котейка Вася,
«Лучший друг сервизов»,
Очень неохотно
Смотрит телевизор.
Тигры, мыши, птицы
Скачут на экране –
Не ведет и ухом,
Лежа на диване.

Но однажды видим
Странную картину:
Заприметил Вася
В танце балерину.
Как она порхает
В переливах света!
Вася, рот разинув,
Пялился на это.

А потом проверил,
Что там за экраном –
В общем, бедный Вася
Стал балетоманом.
Если нет балета –
Кот мрачнее тучи,
Рвет телепрограмму,
Жалобно мяучит.

Перед Новым годом –
Та еще задачка –
Как поздравить Васю?
Осенило – пачка!
Из остатков тюля
Сшили это чудо.
Будет ли носить он?
Вася мявкнул: «Буду!»

Не нужны Васюне
Чьи-то там советы –
Ах, какие Вася
Крутит пируэты!
Эй, спешите видеть!
Вот вам арабески,
Вот батман - Василий
Исполняет с блеском!

Затянулась шутка,
Наигрались вроде.
Снять бы надо пачку –
Но Василий против!
Острыми когтями
Отстоял одежку,
Даже оцарапал
Съемщиков немножко.

Проносил Василий
Пачку не снимая
От начала года
До начала мая.
Прямо в этой пачке
И полез на крышу.
Как она сияла
На Васюне рыжем!

Но наряд нещадно
Был раскритикован.
Даже в неприличном
Смысле истолкован.
Как срывал наш котик
Тюль с боков и спинки!..
Перегрыз зубами
Нитки и резинки!

И с тех пор Василий
Рад отдать котлеты,
Лишь бы телевизор
Не крутил балеты!
Вот такая драма,
Не судите резко!
Ну зачем, скажите,
Коте арабески?

Быть котом – что есть в мире приятней?
На Земле он зверек не последний!
Кто шагает там правою задней?
Левой передней! Левой передней! Левой передней!

У мышей задрожали коленки,
Птичьих стай смолкли вмиг фестивали –
Это наши кошачьи шеренги
Их напугали! Их напугали!

Мы идем еле слышно, но грозно,
Напролом, удила закусили.
Сбить с пути нас уже невозможно –
Нет такой силы! Нет такой силы! Нет такой силы!

Нам вослед бросит взгляд изумленно
Человек - с ним мы делим жилплощадь.
А хвосты наши, словно знамена,
Ветер полощет! Ветер полощет!

Человек доказал превосходство
Над зверьем сухопутным и водным.
Цель котов – мировое господство
В мире животном! В мире животном! В мире животном!

Цель близка, к ней идем непреклонно,
Не указ нам дорожные знаки.
Марширует кошачья колонна –
Лают собаки! Лают собаки!

Только лай злобным псам не поможет –
Над землей клич летит наш победный:
Выше хвост, четче шаг, лапу тверже –
Левой передней! Левой передней! Левой передней!

А за окном дожди полощут сквер,
К стеклу припал кленовый мокрый лист.
Под шум дождя в мою поскребся дверь
Не просто кот, а котик-шахматист.

Лишь увидав строй шахматных фигур
(Я сам с собой люблю порой играть),
Он сделал ход, призывно муркнув: «Мур!»,
И я пошел. Соседей созывать.
Пр:
Хвостатый Фишер, ну и плут!
Что я играю слабовато,
Не мог при людях намекнуть,
Не мог при людях намекнуть
Поделикатней! И без мата!

Видать, в семье гроссмейстера он жил,
Мотать на ус науку был мастак
И перенял неповторимый стиль
И остроту гроссмейстерских атак.

Он развивал способности свои,
Не покидал хозяйский кабинет,
И тот сказал: "Увы, из всей семьи
Один лишь кот достойный оппонент!"
Пр:

Видать, коту гроссмейстер-изувер
Так и не дал отпраздновать успех,
И гордый зверь, самолюбивый зверь
В конце концов решился на побег.

Вот так возник он на моем пути
И получил доверия кредит.
Надеюсь я, не сможет он уйти,
Ведь мне его вовек не победить!
Пр:

КУПИДОНОДРОМ

Купидон, бортовой 409,
Возвратился на базу – а что было делать?
Если кончились стрелы и кончились силы,
А идти на таран ему запретили.

Купидон, бортовой 410,
Прилетел в свой район, не спеша огляделся.
И следит, ранним утром дрожа еле-еле,
Как на улицах вновь появляются цели.

Купидон, бортовой 440,
Куда деться не знал от тоски и позора –
Приглянулася парню земная девица,
И бедняга взял лук – хотел застрелиться.

Купидон весь седой, командир эскадрильи,
Уж не помнит, когда разворачивал крылья.
Но и он спецпаек получает недаром –
Неотрывно следит за экраном радара.

Громче дудите, горнисты, в трубы,
Мы отвечаем на грубость – грубо,
Эти барбосы – упали с дуба –
Снова идут «на Вы»!
Их предводитель ротвейлер Бобик –
Вое-начальник высокой пробы,
Он – воплощенье собачьей злобы –
Мучить котов привык!
Пр:
Обнажим клыки и когти,
Чтоб от страха, Бобик, сдох ты!
Виться, виться нашим флагам
Над собачьим над Рейхстагом!
Шагом…Шагом…Шагом…Марш!
Шагом…Шагом…Шагом…Марш!

Лучших бретеров кошачьей расы –
Тигров, мэйн-кунов и снежных барсов –
В бой поведет беспородный Вася –
Тут возражений нет!
Слышал любой, кто имеет уши –
В драках Василий не бьет баклуши –
Он фигурально собаку скушал
В межвидовой войне!
Пр:

К битве готово кошачье племя,
Место известно, известно время –
Будут, барбосы, у вас проблемы –
Цел не уйдет никто!
С вашим унылым «Собачьим вальсом»
Хочешь не хочешь, а в плен сдавайся –
Все потому, что затянет Вася
«Марш боевых котов»!
Пр:

Стихи Александра Кушнера

Мерно и мощно, махая крылами,
Ворон двужильный стремится за нами,
Но отстает, отстает, отстает,
Смотришь – другой устремился по следу,
Словно товарищу, как эстафету
Нас ему выбывший передает.

Ну и страна у нас! Поезд сквозь чащи
Рвется и воет все чаще и чаще.
Чай по стаканам разлил проводник,
В узком вагонном светло коридоре,
Круто вздымается хвойное море,
Качка и плеск, я к окошку приник.

Этим пространством бездонным и темным
Я проникаюсь в вагоне рессорном,
Но не люблю, не люблю, не люблю,
Здесь без оглядки не встанешь, не ступишь,
Ели и пихты мне шепчут: полюбишь,
Редкие станции я тороплю.

Лесом, излучиной, полем, болотом,
Лучше бы, право, лететь самолетом,
Лучше не ездить и дома сидеть –
Нет, ты и в туче не спрячешься ватной
И в петербургской квартире прохладной
Ухнет Сибирь за стеной как медведь.

Финских, туманных лесов над Невою
Мне бы хватило, вот так, с головою,
Волн, валунов и морошки, и свай.
Нет, привыкай, принимай, принимайся,
Воздухом полых пространств наполняйся,
Крылья пошире к стиху подбирай!

«Молитва» стихи Григория Поженяна

Прошу у судьбы не денег,
а в горестный час совета.
У ночи прошу я тени,
У полдня прошу я света.
Прошу у судьбы не хлеба.
Мне хватит в меже двух зерен.
Двух звезд на любое небо.
Просвета прошу, зазора.

Прошу у судьбы не славы,
так хлопотно жить под током.
Хочу я уйти не слабым,
а сам по своим же срокам.
Но пусть за моим порогом
случится мне эта битва.
Молитва не сделка с Богом,
если это молитва.

Я избежал городской суеты,
Я без породы, без лоска.
Да, не такой, как другие коты:
Душу имею в полоску.

Я походил по морям, по волнам,
В штормы страдая жестоко.
К морю привык. Неожиданно нам
Дали зловредного кока.

Чем же теперь мне питаться, коту,
Этими кислыми щами?
Если к тому же в ближайшем порту
Крысы удрали с вещами.

Вот и сижу на причале смурной,
К кнехту хвостом пришвартован,
Вон уже шлюпка подходит за мной,
Я ж отплывать не готовый.
ПР:
Гладит борта голубая волна,
С нею корабль наш не ладит,
Ведь не всегда голубая она,
И не всегда она гладит.

Морем просоленный кот Адмирал,
Рваное правое ухо,
Вестью сразил он меня наповал:
«Крысы ушли с голодухи.

Новый ваш кок – для матросов беда,
Нет на «кормильца» управы:
Что приготовлено им – не еда,
Хуже крысиной отравы».
ПР:
Граждане судьи, ввиду малых лет
Строго меня не судите!
Вспыхнул мятеж на моем корабле,
Я был его предводитель!

Встречи с Муркой искал упорно,
От любви потеряв покой,
Приносил ей мышей отборных
И разжевывал корм сухой.

Чем судьбу прогневил, не знаю,
Ей плевать на мою мечту,
Вот и маюсь теперь без сна я –
Мурка к Ваське ушла коту!

Пр:
Уходя, забрала миску,
В ней была моя сосиска.
И лоток взяла с собой -
Тоже, кстати, непустой!

Я безжалостно хвост кусаю,
В боли радость свою тая:
Васька, сажень в плечах косая,
Жертвой Мурочки пал, как я!

Он явился ко мне с повинной:
«С Муркой масса, – сказал, – проблем.
Ворвалась в мою жизнь лавиной –
Я остался, увы, ни с чем!»

Пр:
Умыкнула, как по списку,
У него лоток и миску,
Даже плюшевую мышь –
Что ж ты, Мурочка, творишь?

Мы с Василием бьем на жалость
Мурки той, чьи ходы ловки:
Если совесть в тебе осталась,
То хотя бы верни лотки!

Мурка нам не дала ни шанса
Нажитое вернуть, а жаль.
А еще жаль кота-британца –
Мурка носит его медаль!

Пр:
Ай да Мура, ай да киска,
Ты живешь за гранью риска!
Пусть тобой страшат котят –
Быть как ты они хотят!
Быть как ты они хотят!

МЫШОНОК ПИК

Мышонок Пик и старший его брат
Устроились на продуктовый склад,
Но местный кот распространять стал сведенья,
Что восемь тонн колбас, что восемь тонн колбас,
Что восемь тонн колбас мышами съедено!

Мышонок Пик и старший его брат
Заметили – за домом их следят.
Который день пред норкою их масенькой
Дежурит толстый кот! Дежурит толстый кот!
Дежурит толстый кот по кличке Васенька!

Мышонок Пик и старший его брат
Выходят на последний свой парад.
Василий был бандит, притом, отъявленный!
Куда им отступать? Куда им отступать?
Куда им отступать – война объявлена!

Мышонок Пик и старший его брат
Столкнулись с Васькой - тот весьма был рад.
А у кота здоровье-то расшатано :
Угнаться за двумя… Угнаться за двумя…
Угнаться за двумя не смог мышатами!

Мышонок Пик и старший его брат
На Ваську собирали компромат.
Когда же кот стеречь стал продовольствие,
Тогда они досье... Тогда они досье…
Досье они сожрали с удовольствием!

Он шел сквозь дождь, он взмок до слез,
Он слеп от желтых фонарей.
Январь вокруг скакал, как пес
У вечно запертых дверей.

Гудели нервы проводов,
Машины мчались по шоссе,
Везли плоды своих трудов
В дома, где все живут как все.

Плевал на мир с его трудом -
Возни на жизнь, а толку - чуть.
Он нес любимой в нежный дом
Еще горящую свечу.

Пускай на день, пускай на час,
С тоски, со зла, от фонаря,
Но раз зажженная свеча
Не смеет выгореть зазря.

Что толку тлеть, покой храня,
Забыв грехи, идти на суд.
И нет прекраснее огня,
Чем тот, что даром в дом несут!

...А ты сидела в стороне
От оснований и причин
И наблюдала, как в окне
Играет свет чужой свечи.

ПЕРЕЛЕТНАЯ ПРАВДА

Я — птица. У черной холодной воды
В песке оставляю сухие следы.
Бесстрашным крылом разгоняю волну
И в ветре купаюсь и в ветре тону.
Под пальцами перьев мои небеса
Прогнулись, как двери, ведущие за.
Все просто — открой, выбирай и лети —
Для птицы доступны любые пути.

Угрюмые скалы, что держат прибой,
Пожар небывалой звезды над тобой,
Покои зеленой безлюдной земли,
Закат, закаленный в пустынной пыли,
Ослепшее солнце в глазницах окон...
Я — птица. Я вечно лечу на огонь.
Скажи, серый брат, у чьего маяка
Осыплются перья мои? А пока

Крылатое я возвращает сюда
Закон, что превыше любого суда.
Куда бы ветрами нас не занесло,
Каким бы ударом не сбили крыло,
Из каменных клеток и смертных оград
Все птицы всегда прилетают назад.
В безместье на грани земли и воды —
По серому пляжу рассыпать следы.

Летели рельсы, летели шпалы, над паровозом клубился пар.
"Ди партизанен - опять взорвали!"- кричали немцы -"Какой кошмар!"
А партизаны решить загадку весь день пытались и вечер весь -
То пёсик Чапка своею лапкой зарыл взрывчатку под самый рельс.

Большая пушка вдруг как хлопушка вся разлетелась напополам,
И сам фельдмаршал литровой кружкой упился шнапсом, упился в хлам.
А партизаны давно в завязке, не верят в сказки и волшебство -
То котик Васька, к врагам не ласков, кусок колбаски засунул в ствол.

Фашистский снайпер, фельдфебель Кепке, стреляет метко, к тому ж не глуп.
Пошёл в разведку, залез на ветку, но вверх ногами покинул дуб.
А партизаны в своей засаде гадали, кто так подставил нас?
Знал даже дятел кто неприятель и супостата он клюнул в глаз!

Как в российское село
Залетело НЛО.
Ночью в небе сделав круг,
В чей-то двор спустилось вдруг.
Люк открылся, из кают
Поспешил зеленый люд.

НЛО-шники лихие,
Дальний космос их стихия,
Млечный путь им по колено –
Помотало по Вселенной!

Из тарелки вышли все –
Пробежаться по росе,
От планеты без ума –
Кто хозяин, чьи дома?
Хоть подглядывать грешно,
Рты раскрыв, глядят в окно.

Видят странную картину:
Под столом лежит мужчина,
По шкале развед-радара
Он источник перегара!

На столе пирует кот!
К звездам послан был отчет:
В мире дивной красоты
Есть хозяева – коты.
Пресмыкаясь весь свой век,
Кошкам служит человек.

Человек горазд, ребята,
Есть да пить, ругаться матом
Да права качать исправно –
Но не главный здесь он, явно!

Только-только рассвело
Улетело НЛО,
Растворилось в звездной мгле,
Все разведав о Земле.
Дав названье ей при том
Не Земля, а Кошкин дом!

По небу плавала полдня осенняя пчела,
Ты только не бросай меня ни завтра, ни вчера.

Летит звезда во всю гремя, и крутится кино,
Ты только не бросай меня, как камешек на дно.

А птице жажду не унять взять ветер на обгон,
Ты только не бросай меня, как веточку в огонь.

Бежит хозяин, мелькают пятки,
Он принесет мне мяска кусок.
Официанта в нем есть задатки.
Как инженер он – ни то, ни се.

Зато как повар великолепен,
Шлю благодарность я небесам!
Котлеты лично для кисы лепит
И валерьянку он гонит сам.
Он гонит сам! Он гонит сам! Он гонит сам!

Пр:
Хозяин, не дрожи так сильно,
Когда стоишь по стойке смирно!
Сегодня киса всем довольна.
Вольно! Вольно! Вольно!

Бежит хозяин, нельзя иначе:
Короткий отдых лишь до утра.
Мой первый завтрак на шесть назначен –
Уха тройная из осетра.

Не сомневаюсь – вы удивитесь,
Узнав, как много у кошек дел.
Возьмем, к примеру, кошачий фитнес –
Залог здоровья кошачьих тел.
Кошачьих тел! Кошачьих тел! Кошачьих тел!

Пр:

Мои манеры, моя фигура
Котов лишают ума и сна.
Есть когтеточка для маникюра –
Неотразимой я быть должна.

Привычно нежась на двух подушках,
Прошу культурно к исходу дня:
«Давай, хозяин, чеши за ушком!
Да не себя же! Чеши меня!
Чеши меня! Чеши меня! Чеши меня!»

Пр:

Спектакль был не очень, спектакль был не ах,
Разгромленный критикой в пух или прах.
Играли актеры спустя рукава,
Еще бы немного и все, и провал.

Казалось уже, что спектакль не спасти,
Ты, зритель капризный, пойми и прости.
Но наш режиссер, человек с головой,
Он фокус придумал почти цирковой.
Пр:
В лучах и вспышках играет шкурка,
Под крики «Браво!», под крики «Бис!»
По краю сцены проходит Мурка,
За ней народный бежит артист.

Овации, топот, галдеж, свист и вой –
От радости был режиссер чуть живой:
«Я дремлющий зал пробудил и потряс –
Пускай примадонна пройдет еще раз!»
Пр:

Когда спят города, позабыв про дневные бои,
Когда светит луна, как огарок, в оконный проем,
Среди каменных стен позывные блуждают мои.
Я бессонный радист. Я тебя вызываю. Прием.

Я забыл твое имя, я даже не помню лица.
Но мой радиоголос откликнется в сердце твоем,
Потому что на общей волне наши бьются сердца.
Я бессонный радист. Я тебя вызываю — прием!

На меня надвигаются стены угрюмым каре.
Этот натиск зловещий я б выдержал, будь мы вдвоем.
И ночную завесу бомбят мои точки-тире.
Я бессонный радист, я тебя вызываю — прием!

Но в наушниках — ночь. В них сверчками трещит тишина.
Замурован я заживо в каменном склепе своем.
И долблю, понимая, что участь моя решена:
Я бессонный радист. Я тебя вызываю. Прием!

Я вышел в сад и слышу:
Листва шуршит, как мыши.
Курлычет птичья стая,
За летом улетая.
Ей эхо вторит гулко...
Я кот, зовусь Рыжулька,
А месяцев мне восемь -
Впервые вижу осень.

Ах, осень, осень, здрасьте!
Одной мы с вами масти,
В листве меня не видно -
Ни капли не обидно:
Кричащего наряда
Охотнику не надо.
А то, что я охотник,
Всем доказал сегодня.

Я мышь поймал в кладовке
Одним движеньем ловким.
Ах, как смотрелась тушка
В гостиной на подушке!
Мою отметив смелость,
Сказал хозяин: "Прелесть!"
Хозяйка возражала,
Тихонечко визжала.
А-а-а!

Я ждал: пожмут мне лапку,
Меня ж сгребли в охапку!
В добро терял я веру
На улице за дверью.
Не смог понять я сразу,
За что же был наказан,
Иль не наказан вовсе -
Ведь тут такая осень!

Ах, осень, осень, что вы,
Не надо хмурить брови,
Дождем не надо плакать,
Не пропадем, однако!
Хозяину с супругой
Теперь придется туго:
От погреба до крыши
Весь дом захватят мыши!

Найду дыру в заборе,
Уйду отсюда вскоре,
Котом я стану диким...
Но чу! Я слышу крики!
Хозяин, вот бесстыжий,
Кричит:" Прости нас, Рыжий!
Жена на грани срыва,
Визжит без перерыва!"
А-а-а!

Стихи Виталия Калашникова

Сегодня так часто срываются звезды,
Что даже о космос нельзя опереться,
Там будто бы чиркают спичкой нервозно,
А спичка не может никак разгореться.

И полночи этой ничто не осветит,
Ничто не рассеет во мне раздраженья,
Никто на вопросы мои не ответит,
И нет утешенья.

Во мне все противится жить по указке
Провидцев, сколь добрых, настолько лукавых,
Душа не поверит в наивные сказки,
Что в детях она повторится и в травах.

И в мире прекраснейшем, но жутковатом,
Где может последним стать каждый твой выдох,
Она не живет – ожидает расплаты,
И нужно ей не утешенье, а выход.

Но кто мне подскажет, куда мне бежать
От жизни, от жил, разрываемых кровью,
От жженья, которого мне не унять
Ни счастьем, ни славой, ни женской любовью.

Сейчас промелькнет! Я сейчас загадаю,
Ведь должен хотя бы однажды успеть я...
Сверкнула! И снова я не успеваю
Сказать это длинное слово: бессмертье!

СЕРВЕЛАТ

Помню, был котенок я босой,
Ваши пальцы пахли колбасой.
Свой у вас был мясокомбинат –
В сумке вы носили сервелат.

Вашу тайну знал один лишь я,
К толстой сумке страсти не тая.
Ваша сумка – это целый склад,
В ней лежал отборный сервелат.

Вы у нас гостили только час...
Я готов молиться был на вас,
Делать сальто, словно акробат,
Так хотел отведать сервелат!

Я потом жалел, что, выбрав миг,
В вашу сумку тайно не проник,
Чтоб познать усладу из услад –
Этот сочный, свежий сервелат.

Мир порой бывает так жесток!
Ваш уход предвидеть я не мог
И на дверь бросался, как примат:
Вы ушли, не дав мне сервелат!

У своих хозяев вызвав шок,
Я не съел с лососем пирожок,
Я не съел молочный мармелад:
Это все не то, не сервелат.

Десять лет от вас я жду вестей,
Десять лет встречаю я гостей.
Кто из них, фантазией богат,
Даст коту заветный сервелат?

Помню, был котенок я босой,
Ваши пальцы пахли колбасой.
Снова вы в гостях у нас – виват!
Тот же запах, тот же сервелат!

Счастливые стихов не пишут
Ни в будни, ни по выходным.
Они рождаются и дышат
Счастливым воздухом своим.

Пр:
А ты, разорванный на части
Печалью, болью и стыдом,
Себе изобретаешь счастье
На трудном листике пустом.

Спокойные и занятые,
Приученные ко всему, -
Им эти точки, запятые,
Им эти строчки – ни к чему.

У них иное время быта,
Иная светит им звезда.
И что прошло – то позабыто.
А что случится – не беда!