Заявки - архив интернет-конкурса

Ночь
1.Ночь и ветер за окном
Песни в проводах поёт,
Но с зимой прощаться мне не жаль.

Припев:
Опять, опять бессонница,
И мысли в небо просятся,
А в жёлтых звёздах кроется печаль,
А у церкви купола
В лунном свете, думал я,
А они купаются,
В звёздах отражаются,
А они печалятся,
А они не старятся,
Красотою славятся русской земли.

2.Сколько снега намело,
Серебрится, золотит,
Отражает звёздным светом даль.

Припев:

Исчез последний луч заката
Золотом рассыпался в воде
Так и всё уходит безвозвратно
Был ли я? Иль не было нигде?

Ну, конечно, был и повторяя
Чей-то путь и чью-нибудь судьбу,
Кажется, что жил совсем не зря я
И о жизни правильно сужу.

В правилах всегда живёт сомнение,
Кажется, что жил как и не жил.
Просто плыл я тихо по течению,
Верил, ждал, надеялся, любил,

Нет, я был и есть и даже буду,
Повторяясь в детях и тогда,
Может они, вспомнив, не забудут
Светлые отцовские года?

Наш мир.

1. Наш с тобою мир
И сложное, и странное
Переплетенье расставаний, встреч,
Но идёт волной новое нежданное,
Прошлое с тобой мы должны сберечь.
Припев:
Ты моя, ты моя.
Что такое с нами стало,
Ты глядишь мне в след устало,
Тихо руки опустив.
Но идут поезда с подмосковного вокзала,
Как с последнего причала,
Мне тебя, не возвратив.
2. Ты вини себя, тогда поймёшь и ближнего,
Чем он дорог и любим тобой.
Чтоб идти всегда по дороге жизненной,
Вместе не упасть с лестницы крутой.
Припев:
3. Песню дождь поёт: «Мы больше не расстанемся»,
Солнце фонарей нам в путь.
От любви всегда что-нибудь останется,
Лучшее в судьбе помни, не забудь.
Припев:

Огонь земли

Огонь земли, пронзающий насквозь,
Незримый и бушующий под нами,
Колеблет он незыблемую ось
С её материками и морями.

Не он ли в трепет облака поверг?
Не от него ли небеса ослепли?
Гляди, как он выталкивает вверх
Колючие негнущиеся стебли.

Его дыханье с космосом слилось.
Огонь земли, он солнечному равен,
И потому причастен к звёздной славе
Огонь земли, пронзающий насквозь.

У ГОЛУБОГО ОКНА

1. У голубого окна присяду,
И на колени мне прыгнет кошка,
Мы встретим желтый закат рядом,
И помолчим о былом немножко.
Я вспомню первый рассвет в поле,
Она – про то, как была котенком,
Я оставляла печаль с болью,
Но оставалась в душе ребенком.

Припев.
Открылась дверь, и окна настежь,
Сквозняк гуляет по потолку,
Наш мир – живой! Какое счастье:
С тобою рядом я быть могу.
(2р.)

2. И жизнь течет все быстрей, и выше
Я поднимаюсь над собой, бывает,
Но не ходила давно по крыше,
И звезд кольцо на ладошке тает…
А если вдуматься, то напрасно
Жизнь и долюшку люди ругают –
Нам изначально все дано прекрасным,
Каждый сам свою судьбу сотворяет!

Припев.

3. Нам ни к чему надевать маски;
Что помыслишь – то и получишь,
Мы пришли в этот мир творить сказку
И делать все вокруг лучше и лучше!
У голубого окна присяду,
И в раскаленный добела вечер
Благодарю небеса – ТЫ РЯДОМ!
И нас с тобою впереди ждет Вечность.

Припев.

Заклинание
Сл. Софья Лаговская, муз. Ольга Золотуская

Возьми меня, пожалуйста, себе
Женой, сестрой, подругой или кошкой.
А, хочешь, буду всем я понемножку,
А, хочешь, буду просто сном тебе.

Смотри меня, пожалуйста, смотри.
Я буду сном таинственным и сладким,
Который ночью смотрят без оглядки,
Но помнят лишь до утренней зари.

Забудь меня, пожалуйста, забудь.
Мне в памяти твоей не надо места.
Я кошка, сон, а вовсе не невеста.
Я лишь твоя неведомая грусть.

Грусти по мне, пожалуйста, грусти,
Нигде ни с кем покой не обретая.
А наяву меня не узнавая,
Меня тебе вовеки не найти.

Ищи меня, пожалуйста, ищи.
Ты обречен на поиск этот вечный.
Не мной, я не настолько бессердечна,
Ты обречен как всякий из мужчин.

Посвящение Жанне Д’Арк

Вот такая судьба, от нее не уйти,
Неизбежен конец роковой.
Этот жаркий огонь – завершенье пути, – 2 раза
Завершение жизни земной.

И меня обвинят во всех страшных грехах,
И свидетелей будет полно.
Мол де с бесом общалась и сеяла страх, – 2 раза
И хлебала с нечистым вино.

И мол ночью плясала при полной луне
И детей совращала с пути.
Мол де ведьма и все тут, и истины мне - 2 раза
Не найти, не найти, не найти.

Любопытство толпы: посмотреть чью-то смерть
И подкинуть дровишек в огонь.
«Ведьма, ведьма, сожги ее!» - лиц круговерть, - 2 раза
От веревки заныла ладонь.

Вот такая судьба, от нее не уйти,
Неизбежен конец роковой.
Этот жаркий огонь – он начало пути, - 2 раза
Отблеск славы уже неземной.
Отблеск славы уже неземной.

Пахнут порохом ранней весною луга
И сжимается сердце мучительно
Пряча первые громы плывут облака
Мой покой забирая стремительно
Сколько строчками жизни ступени не мерь
Только каждой весной до сих пор
Отзовется предчувствием скорых потерь
Каждый встречный случайный костер
Выхожу из машины наважденье уйди
Чтоб себе не накликать беду
Будто вспомнилось что то кольнуло в груди
Только что разгадать не могу
Может все и случайно может все только сон
Но мне кажется с неба сойдя
Ангел-хранитель белоснежным крылом
Еле слышно коснулся меня
Это Ангел-хранитель белоснежным крылом
Еле слышно коснулся меня

Полночь в моё городское окно
Входит с ночными дарами:
Позднее небо полным–полно
Скученных звёзд мирами.

Мне ещё в детстве, бывало, в ночном,
Где–нибудь в дедовском поле
Скопища эти холодным огнём
Точно бы в темя кололи.

Сладкой бессонницей юность мою
Звёздное небо томило:
Где бы я ни был, казалось, стою
В центре вселенского мира.

В зрелости так не тревожат меня
Космоса дальние светы,
Как муравьиная злая возня
Маленькой нашей планеты.

Сидел я как-то у окна,
настойку пил мелиссы.
Она от нервенных расстройств
(рекомедую, брат).
Я был уже нетрезв слегка,
и тут пришла ты, Киса .
И в ухо яростно шипишь,
-- Урод, дегенерат!

-- Не брызгай на меня слюной,
ты обалдела что-ли?
--воскликнул я, а ты в ответ,
-- А кто моё пальто
отнес на рынок вещевой?
Проклятый алкоголик!
За что мне это, Боже мой,
за что, за что, за что?

Покой и благодать с меня
слетели моментально.
-- А помнишь ты, -- воскликнул я,
-- Назад как, пару лет,
на трассе под Торжком тебя
я подобрал случайно,
обул, одел и накормил
и даже вывел в свет?

А как терпел твою сестру,
неряху и обжору?
Как поварихою ее
пристроил в диспансер ?
А как сбежала от меня
ты с коммивояжёром?
И как вернулась через год:
"Прости меня, Мон шер..."

Я принял и простил но вот,
такое, знаешь, дело,
и у меня, пипец каким,
сумбурным был тот год.
Во первых, я твоей сестре,
дитё по пьяни сделал,
а во вторых, закрыли наш
пластмассовый завод.

И вот, живём мы вчетвером
в однушке затрапезной.
Орёт ребенок.Ты весь день
собачишься с сестрой.
Чтоб успокоиться слегка,
я вычитал полезный
совет в журнале "Огонёк"
и был совет такой:

"От нервов пейте каждый день,
вы мятную настойку..."
И для меня, само собой,
закрыт был тот вопрос.
Я стал спокойный, как тюлень,
опух немного только.
Но процедуры продолжать
настроен я всерьез.

Одно лишь плохо, дорога'
настойка из мелиссы.
Поэтому пришлось слегка
опустошить наш дом.
А если что тебе не так,
пошла ты в жопу, Киса !
Давай вали к себе туда.
На трассу под Торжком.

На небе звезды... Кажется, мой плот
плывет по звездам. В свете фонаря
мелькают тени рыб, но только вот
не до красот мне, честно говоря.

Я ставлю сеть. И жутко мне, весьма -
не просто так: страшит ни "Рыбнадзор",
ни хилые озерные шторма.
Все дело в том:случайно разговор

подслушал я позавчера в кафе:
болтали, что по озеру старик
какой -то, ночью плавает (в пенсне),
кошмаря тех, кто ставит сети. Их

глаза старик высасывает ртом.
И жертва умирает в муках, --Бред! -
подумал я тогда. Но вот о том
сейчас вдруг вспомнил...--Плеск какой -то, нет?

Послышалось, наверно... Снова плеск...
Всмотрелся в тьму. И метрах в десяти
вдруг вижу: что- то движется, и блеск
стекла(?) все ближе. Мать твою, ети'!

Старик, реально! (я затрясся аж).
Зеленый. При пенсне. Плывет сюда!
Я зашептал в испуге, -- "Отче наш..."
Но вспомнил, вдруг, в какой-то книжке (Да!)

его я видел. Это Пришвин! Он
как помер, духом местным, видно, стал.
И тут зачем-то крикнул я о том,
что "Кладовую солнца", мол, читал:

"Понравилось: прекрасный антураж!..."
Смотрю - остановился... Я ввернул,
что "бесподобно край описан наш
в рассказе том!". Дед крякнул и нырнул:

Не помню как до берега я плыл.
Совсем не помню, как бежал домой,
Не помню, как неделю дома пил,
но вот с тех пор, я больше ни ногой

на озеро. Тебе ж, хочу сказать,
мой друг, читай (читай!) побольше книг!
Пусть лучше так испортишь ты глаза.

Чем их однажды ВЫСОСЕТ СТАРИК...

Первую брачную ночь Марта
и драгун Рааб провели в доме
пастора Глюка.
Из "Разысканий об императрице Екатерине
Первой", т.1, с.86

Он.
Любимая, не говори,
Что надо нам прощаться!
Пускай до утренней зари
Продлится наше счастье!..

Она.
Драгун! Драгун! Ведь завтра бой,
Нам суждены печали.
Не на разлуку ль нас с тобой
Сегодня обвенчали?..

Он.
Любимая! Не говори!
Нам суждено прощаться!
Но пусть до утренней зари
Продлится это счастье!..

И грянул бой. И обречен
Был город. Град чугунный
Низвергся. Рядом с трубачом
Упал воитель юный.

Его латали лекаря.
И он узнал от друга,
Что слух идет: мол, у царя
Живет его супруга.

Там купола, как янтари
Над старою Москвою...

Он.
Любимая! Не говори!
Вот я перед тобою...

Она.
Зачем здесь этот инвалид,
Игрушка чьих-то козней!
Беги! Не то тебя велит
Убить супруг мой грозный!

Он.
Любимая! Не говори!
Как разошлись дороги!..
Спокойно властвуй и цари!..

И он упал ей в ноги.

Она.
Деньгу солдату! Пусть он пьет!
Не знает сам, что мелет!
Гляди, коли Великий Петр
Словам твоим поверит!..

Он.
Любимая! Не говори!
Уже настало утро!
И поскорей умри, умри,
Та ночь Мариенбурга!

Она.
Да, поскорей умри, та ночь!
Умри, то утро боя!
Солдат, ступай отсюда прочь, -
Я не была с тобою.
Ступай, ступай, хромой драгун,
И обо мне - ни звука!
Забудь про то, что ты был юн,
Про свадьбу в доме Глюка.
И пей, хоть день, хоть два, хоть три -
Хоть до скончанья света!..

Он.
Любимая! Не говори!
Не говори про это!..

Давид Самойлов, 1973

Чего мы ждем, чего так жаждем,
Когда туманы и дожди,
Когда погасшие пейзажи так скупы.
Чего желаем, если трудно,
Чего хотим посредством сна,
Когда нам холодно и в "усмерть" ночь темна!

От солнца - яркого света,
От ветра - скорой весны,
От сердца - жаркого лета,
От неба - голубизны.

Мы так несчастны, если туго,
И если трудно не чуть-чуть,
Тогда, когда зак злою вьюгой спрятан путь.
Подчас безмолвны и угрюмы,
Золою топим жизни дни,
И снова прячась в свои думы просим мы!

У солнца - яркого света,
У ветра - скорой весны,
У сердца - жаркого лета,
У неба - голубизны!

Подчас жестоки и беспечны,
Подчас без веры, без вины,
От жалоб наших стонет вечность, даль "фанит".
Кто - мы тогда, когда упрямо,
Себя возводим в абсолют,
Кто - мы - ваятели бедлама - атрибут!

Без солнца - яркого света,
Без ветра - скорой весны,
Без сердца - жаркого лета,
Без неба - голубизны!

И если есть тому надежда,
Что мы, отчасти, тоже свет,
Отчасти, небо, цвет безбрежья, весен цвет!
Хотим мы жить, хотим мы греться?!
В неиссякаемой любви,
Тогда оставим каплю сердца, часть души!

Для солнца - яркого света,
Для ветра - скорой весны,
Для сердца - жаркого лета,
Для неба - голубизны!

Погрузилась зорюшка в леса,
Посерела неба бирюза,
В келье затухает солнца свет,
Молится усердно Пересвет.
За окошком схимника возня,
Съехались с дружинами князья,
Завтра Сергий их святой водой,
Окропит на славу и на бой.

Куликово поле, поле Куликово,
Травушкой пухово,
Кровушкой багрово!
Куликово поле, поле Куликово,
Славный час святого Дмитрия Донского!

Позади осталась Дон-река,
Рать Мамая больно велика,
Русичи рядами, став стеной.
Муромский, Московский, Костромской....
Дмитрий князь Московский впереди,
Только бой начнут богатыри,
От монголов грузный Чедубей,
Пересвет от русских сыновей!

Силой грозной дрогнула земля,
Пали разом два богатыря,
Лязг жестокой сечи, стон и смерть,
Захлебнулся кровью белый свет!
Только крепок русских был союз,
Ведь за ними дом - Святая Русь!
Навалились грудью, что есть сил...
И Мамая Дмитрий в прах разбил!

Погрузилась зорюшка в леса,
Посерела неба бирюза,
В храме, в окружении икон,
Преподобный Сергий бьет поклон...!

Наверно, бывает непросто!?
Когда весь ваш мир вдруг летит в никуда...
И меркнут и солнце, и звезды,
И жизнь, и мечты, и судьба!

Как море бушует штормами,
Так рвется душа на извечный вопрос,
За все то, что сделано нами,
Ответим мы вдруг и всерьез!

Припев:
Наверное боль не бывает напрасной,
Она и палач наш, она и лекарство!
Нас вера спасет и надежда,
И большее с ними - любовь!

Наверно, бывает непросто!?
Понять и принять, что несчастья не бич,
Борьбою меж правдой и ложью,
Смысл жизни и смерти постичь!

Как море бушует штормами,
Так мы закипаем в желаньях своих,
И часто, в забвеньи сердцами,
Слепы мы к страданьям других!

Наверно, бывает непросто!?
Узнать свет, который с рожденья в душе,
Быть может под толщей коросты,
Душа и не ваша уже!?

Как море бушует штормами,
так плачет душа в наше сердце стучась,
Молитвой, простыми словами.
Ведя к покаянию нас!

«Мело, мело по всей земле...»
Борис Пастернак

«Вот опять окно,
Где опять не спят…»
Марина Цветаева

МИНОР С УЛЫБКОЙ

Звучала песня и светло, и нежно,
Минор с улыбкой, нежно и светло.
Кружил над миром женский голос снежно...
Свеча горела... по земле мело...

И побуждало души пенье это
Вернуться в свой полночный снегопад,
И наполняли души тёплым светом
Свои оконца, где опять не спят…

В глубинках душ всё длился (не иначе!)
Былых метелей памятный полёт.
Не от того ль одна душа заплачет,
Когда другая рядом запоёт?

Уйти всему назначено в природе…
В метель свечу до срока не туши!
Уходит всё. Пусть только не проходит
Великая бессонница Души.

Стихи:
Михаил Рысенков
Осенний романс

Жизнь моя, не гаси
Звездного многоточия.
Помню янтарный сон,
Виденный наяву.
Все золотые дни,
Все ледяные ночи я
Снова перегрущу,
Снова переживу.

Сквозь листопадный дым —
Запахи запустенья.
Рыба нашла в реке
Тихие омута.
Полупрозрачный лес
Мирной наполнен ленью.
Ловит невольно взгляд
Плавный полет листа.

Где-то живет любовь.
Пусть бы она согрела
Этот осенний мир,
Жалкий и дорогой,
Чтобы узнать, что есть
Счастье на свете белом,
Что музыкален хруст
Веточки под ногой.

Мучит и манит жизнь
Вечной своей загадкой.
В сердце ползет туман
Позднего октября.
Ты только длись, ты длись,
Горькая моя, сладкая,
Пусть даже все не так,
Пусть даже если зря.

Прекрасно небо голубое!
Прекрасен поезд голубой!
- Какое место вам?- Любое.
Любое место, край любой.

Еще волнует все, что было.
В душе былое не прошло.
Но слишком дождь шумел уныло,
Как будто все произошло.

И без мечты, без потрясений
Среди одних и тех же стен
Я жил в предчувствии осеннем
Уже не лучших перемен.

- Прости,- сказал родному краю,-
За мой отъезд, за паровоз.
Я несерьезно. Я играю.
Поговорим еще всерьез.

Мы разлучаемся с тобою,
Чтоб снова встретиться с тобой.
Прекрасно небо голубое!
Прекрасен поезд голубой!

Мы оставим в покое слова,
Что живут со времён Cотворенья...
Есть особенный род волшебства
Под названием Прикосновенье.

С неразгаданной силой одна
Движет каждою страстью причина –
Дотянуться до самого дна
Иль коснуться заветной вершины.

Прикоснуться – и значит узнать,
По-другому на мир оглянуться,
Прикоснуться – и значит понять
То, как нужно теперь прикоснуться,

Прикоснуться – один только раз,
И познается пламень и стужа...
Лучик света, коснувшийся глаз,
В них сиянье души обнаружит.

И, покуда природа жива,
Это суть и предел откровенья.
Есть особенный род волшебства
Под названием Прикосновенье.

Стихи:
Николай Рубцов

Музыка:
Игорь Иванченко

Сапоги мои - скрип да скрип

Сапоги мои - скрип да скрип
Под березою,
Сапоги мои - скрип да скрип
Под осиною,
И под каждой березой - гриб,
Подберезовик,
И под каждой осиной - гриб,
Подосиновик!

Знаешь, ведьмы в такой глуши
Плачут жалобно.
И чаруют они, кружа,
Детским пением,
Чтоб такой красой в тиши
Все дышало бы,
Будто видит твоя душа
сновидение.

И закружат твои глаза
Тучи плавные
Да брусничных глухих трясин
Лапы, лапушки...
Таковы на Руси леса
Достославные,
Таковы на лесной Руси
Сказки бабушки.

Эх, не ведьмы меня свели
С ума-разума
песней сладкою -
Закружило меня от села вдали
Плодоносное время
Краткое...

Сапоги мои - скрип да скрип
Под березою.
Сапоги мои - скрип да скрип
Под осиною,
И под каждой березой - гриб,
Подберезовик,
И под каждой осиной - гриб,
Подосиновик...

Чем больше нежности таят сердца мужчин,
тем чаще выпадает им любовь на долю.
Пусть годы метят лица шрамами морщин,
восторжествует нежность над любою болью.

В основе мужества лежит немая воля.
И должен быть слугою чувственности зверь,
каких бы ни пришлось перенести потерь,
какой бы ни пришлось исполнить в жизни роли.

Тебя никто быть человеком не просил,
и, может быть, не стоит столько тратить сил
на то, чтоб не терять над чувством власти.

Но как предашь своё второе естество,
нежнейшее безжалостное божество, -
любовь, которая сильнее страсти!

ЧУЖИЕ СТИХИ

Намеренно скрыты к портрету штрихи,
Не названо имя...
Лежат предо мною чужие стихи,
Что стали моими.

В них год или десять, а может, и век
Не тикает время,
Их мог в Костроме написать человек,
А мог в Вифлееме.

Взволнованный образ является вдруг
За сдержанным слогом,
То тенью, то эхом, – движение рук,
И дрожь диалога ...

Что было - меж строчек оставлен секрет.
Лишь белые пятна...
Но то, что доверил бумаге поэт,
Предельно понятно.

Небесная кара, а можно сказать,
Что Божия милость,
Ведь то, что ему довелось испытать,
Не всем доводилось.

В каких измереньях - да знает ли кто?
В каких величинах? –
Он очень скрывал. И, как видно, на то
Имелись причины.

Свое, сокровенное, свято храня,
Не выдал и этот
Вопрос, что на точку не смог променять,
Вопрос без ответа,

Вопрос, на который не найден ответ
За долгое время.
Он мог задаваться людьми в Костроме,
А мог в Вифлееме...

Чужие стихи, как чужое бельё,
К себе примеряю.
Но в складках Судьбы не моей – всё своё
Меж строчек теряю.

Размер перепутанных тропок чернил
Собой наполняя,
Я столько мелодий для них сочинил!..
А всё сочиняю...

БАЛТИКА
Сл. и муз. Зоя Иващенко

Я вижу море! Я слышу море!
Я растворяюсь в его просторе,
Я погружаюсь в свинец зеленый
Под песню птицы, в волну влюбленной,

А этот плотный, упругий ветер!
Он рвется с моря, он свеж и светел!
Он заполняет собой пространство,
Тревожит душу непостоянством…

Я в пенный шепот босой ногою,
В глубин хрустальность вниз головою –
И соль на пальцах…. и соль в ресницах….
Балтийский запах мне будет сниться

И этот знобкий, могучий ветер! –
Хозяин силы на белом свете.
Он гонит волны в песок прибрежный,
Он раздувает маяк надежды.

Ах, моё море! – большая кошка,
Позволь погладить тебя немножко.
Раскинув руки лицом к прибою
О вечном долго молчать с тобою.

ВОСТОЧНЫЙ РОМАНС
Слова и музыка Зои Иващенко

Звучит,
Тоскует скрипка в темной, пыльной духоте.
Летит,
Плывет смычок по струнной гулкой пустоте.
Молчит
Больное сердце, потерявшее любовь.
От нежной музыки оно забьется вновь
И вспомнит прошлые счастливые года.
Не навсегда,
Лишь иногда
Вернет мелодия забытые мечты,
В которых кружим над волнами я и ты.

Умчит
Мотив ручей в бурлящей звонкой чистоте.
Кричит
В ответ ночная птица в звездной высоте.
Стучит
Бедняга сердце. Ты ему не прекословь,
Под звуки скрипки для любви его готовь.
Былых печалей не оставив и следа
Теперь, когда
Ушла беда
Той светлой музыкой вновь сведены мосты.
И над водой опять танцуем я и ты…..

Вернет мелодия забытые мечты
И над водой опять танцуем я и ты…..

Девушка из харчевни
Новелла Матвеева

Любви моей ты боялся зря -
Не так я страшно люблю.
Мне было довольно видеть тебя,
Встречать улыбку твою.

И если ты уходил к другой,
Иль просто был неизвестно где,
Мне было довольно того, что твой
Плащ висел на гвозде.

Когда же, наш мимолетный гость,
Ты умчался, новой судьбы ища,
Мне было довольно того, что гвоздь
Остался после плаща.

Ля-ля-ля, ля-ля-ля...

Теченье дней, шелестенье лет,
Туман, ветер и дождь.
А в доме события - страшнее нет:
Из стенки вынули гвоздь.

Туман, и ветер, и шум дождя,
Теченье дней, шелестенье лет,
Мне было довольно, что от гвоздя
Остался маленький след.

Когда же и след от гвоздя исчез
Под кистью старого маляра,
Мне было довольно того, что след
Гвоздя был виден вчера.

Ля-ля-ля, ля-ля-ля...

Любви моей ты боялся зря.
Не так я страшно люблю.
Мне было довольно видеть тебя,
Встречать улыбку твою.

И в теплом ветре ловить опять
То скрипок плач, то литавров медь...
А что я с этого буду иметь,
Того тебе не понять.

Ля-ля-ля, ля-ля-ля...